Настали сумерки, и я был в сомнении, что нам предпринимать дальше. Начальник лучников всегда поступал так, как ему велят, и не задавал лишних вопросов. Я приказал ему взять своих людей и догнать беглецов еще до наступления ночи. Я сказал, что император назначил выкуп в сто серебряных монет за голову казначея, и еще столько же — за голову его отца, и деньги эти получит тот, кто принесет мне их отрубленные головы. Лучники заспешили в погоню, а я с Хальвданом, оставшись в одиночестве, поднялся на казначейский корабль. Там мы нашли золото, спрятанное за тюками. Всего было четыре небольших ларца и семь мешков из кожи, все с императорской печатью. Но взглянув на эти сокровища, я испытал только страх и сильную тревогу. Трудно было представить себе, как нам быть с золотом и как довезти его до дома, оставшись незамеченными. Хальвдан сказал мне:

— Пока не вернулись лучники, мы должны спрятать сокровища. На это я сказал:

— Но куда же мы спрячем их?

— На дно реки, — сказал мой сын.

— Ты прав, — ответил я ему, — оставайся пока здесь и стереги клад.

Я пошел к реке и нашел там то место, о котором я уже рассказал вам. Поверх пенилась вода. Мы перетащили клад на берег и надежно спрятали его. Но по размышлении я все-таки оставил два мешка серебра на корабле.

Абхар и его люди вернулись назад, неся с собой три головы, но это были не те головы, которые я велел ему отрубить. Мы вместе подкрепились теми припасами, которые еще оставались на казначейском корабле. А потом я сказал ему:

— Ты видишь, Абхар, эти два мешка с императорской печатью. Это деньги, которые казначей Феофил со своим отцом похитили у самого императора. Я не знаю, золото там или серебро, ибо никто не сломал императорской печати. И мы вынуждены доставить эти мешки императору, причем как можно скорее. Но я получил от него приказ не возвращаться без головы казначея. А потому мы поступим так. Я со своим сыном отправлюсь вверх по реке, чтобы нагнать казначея у Киева. Двое из твоих людей, кто захочет, может последовать за нами. А ты с остальными вернешься с мешками на наш корабль и прикажешь плыть в Константинополь. Когда же мы закончим здесь наши дела, мы тоже вернемся домой.

Так я сказал ему, и Абхар согласился со мной и попробовал, каковы эти мешки на вес. Он поговорил со своими людьми, и двое из хазар решили остаться с нами. Абхар же с остальными отправились в путь, забрав мешки с серебром, и я был рад, что все у нас шло, как задумано. Я взял себе двух лучников для того, чтобы они помогали нам, когда мы доберемся вверх по реке до своего корабля. Ибо по пути нас могли поджидать грабители или даже сам казначей, если только он успел опомниться. Я-то думал, что он обратился в бегство, но в этом я глубоко заблуждался.