Грегуар заморгал, словно из всех событий дня это потрясло его больше всего. Он отвернулся, пытаясь скрыть задрожавшую губу.

– У меня были верные друзья, – сказал Тангейзер. – Но никого из них я не ценил так высоко.

Мальчик схватил протянутую руку и вскочил на спину Клементины.

– А Люциферу можно с нами? – спросил он.

– Почему бы и нет? Там, куда мы отправляемся, дьявол не помешает.

Матиас проследил, как пес занимает свое место между огромными копытами лошади.

– А куда мы едем? – поинтересовался его юный спутник.

Рыцарь повернулся к кровавым предсмертным конвульсиям солнца:

– Мы заплатим волынщику, и он будет играть нашу музыку.

Часть четвертая Помощь далека, как чистилище от рая

Часть четвертая

Помощь далека, как чистилище от рая

Глава 22 Менестрель

Глава 22

Менестрель

Тангейзер еще издалека заметил суету у церкви с высокой башней – Сен-Жак, как назвал ее Грегуар. Помня о цене, назначенной за его голову, и о вездесущих шпионах, он попросил лакея проложить путь по задворкам.

На перекрестке улиц Труссваш и Сен-Дени Матиас приказал Грегуару отвести Клементину на конюшню, но сам остался. Ожидая в темном переулке, он натянул тетиву арбалета, украшенного серебром и слоновой костью, но вставлять стрелу не стал. Когда мальчик вернулся, граф де Ла Пенотье взял из связки пять запасных стрел с жестяным оперением. Они были вдвое тяжелее стрел для лука и обладали большой пробивной силой. Сунув стрелы за пояс сзади, он вернул связку своему юному другу.

Таверна «Слепой волынщик» находилась у юго-западного угла кладбища, зловоние от которого даже на таком расстоянии было сильнее, чем на полях сражений Мальты. Рядом находились многочисленные мастерские и торговые ряды. Граф де Ла Пенотье увидел сержантов и часовых, охранявших товары от грабителей. Грегуар опять повел его кружным путем, по переулкам, куда никогда не заглядывало солнце и где теперь, на закате дня, было почти темно. Они проходили таверны, за толстыми стеклами которых горел свет. Время от времени впереди появлялись какие-то фигуры, но Матиас демонстрировал им лезвие спонтона, прежде чем они успевали разглядеть его самого, и все предпочли бегство.

– Это задний двор «Слепого волынщика», – прошептал Грегуар.

Перед ними были высокие деревянные ворота с двумя створками и кирпичная стена. Ворота оказались запертыми изнутри на висячий замок. Калитка тоже была заперта. Хорошо. Бегство по меньшей мере будет затруднено. Рыцарь и его слуга обошли дом и остановились под деревьями кладбища. До таверны было футов двадцать. В окнах горел желтый свет, справа виднелась массивная дверь.