Титов ударил Бориса плечом по скуле[48].

Он это сделал незаметно и сильно. Удар был очень неприятным, но этот удар встряхнул Бориса и помог ему прийти в себя. Рефери разъединил их.

Титов не сразу кинулся на Бориса. Борис успел совсем оправиться. Хотя боль не прошла, но голова снова стала ясной. Он сильно встретил Титова. Некоторое время они стояли почти неподвижно друг против друга и наносили друг другу удары.

Зрители встали с мест, и в зале было очень тихо.

Титов первый отошел влево. Борис преследовал его и бил то в лицо, то в живот.

Титов уходил, ныряя вниз. Руки его опустились. Он закрывал живот. Борис бил в голову.

В зале захлопали, и рефери замахал рукой, чтобы прекратить шум.

Борис загнал Титова в угол и бил резкими крюками в голову. Титов совсем скорчился, совсем согнулся. Борис искал нокаута, но никак не мог попасть достаточно точно. Лицо Титова потемнело от ударов.

Потом Титов рванулся вправо, и Борис остановил его крюком, и он вложил страшную силу в удар. Он попал слишком высоко в лоб, в лоб, рядом с виском.

Прозвенел гонг.

Борис отскочил от Титова и быстро пошел в свой угол.

Он был бледен. Правый глаз его закрылся. С глазом было совсем плохо.

— Молодец, — сказал Андрей и взмахнул полотенцем.

Борис только покачал головой.

Он сел на табурет и вытянул ноги. Петр Петрович нагнулся над ним. Борис сказал совсем тихо:

— Последний удар был высок, Петр Петрович. Я попал ему в голову…

— Рука? — сказал Петр Петрович.

— Я ударил слишком сильно… — прошептал Борис.

— Расшиб руку?

Борис молча кивнул.