Он выступил на собрании по вопросу о личном первенстве. Он ораторствовал долго, и всем было скучно слушать, потому что он ничего не понимал в боксе.

Под конец своей речи он заговорил о Титове. Он не скупился на похвалы.

Титов сидел у всех на виду и весь надувался от важности.

Представитель Комитета улыбался, кивал Титову и подмигивал ему. Он эффектно кончил речь и сел так решительно, будто одной этой речью он победил всех противников нового чемпиона.

Петр Петрович с места сказал, что Титов, конечно, неплохой боксер, но все же у него есть достойные противники и не рано ли так восхвалять чемпиона.

— Лучше хвалить боксера не до, а после боя, — сказал Петр Петрович.

Представитель Комитета вскочил, будто его подбросила какая-то скрытая пружина.

Он произнес еще одну речь. Он сказал, что, кроме Титова, есть всего два средневеса, что больше никто не решается выходить против чемпиона, что одного из этих двух Титов уже расколотил и что пусть сначала бьются эти двое между собой, а уж победителя поколотит Титов.

— Против жребия я возражаю категорически, — сказал он, — мне поручено руководить соревнованием, и я, как руководитель, считаю излишним жребий, так как мы должны оберегать наших мастеров (поклон в сторону Титова), потому что наши мастера — это наш фонд и наша гордость, так сказать, честь и слава. (Еще один поклон. Титов надулся так, что лицо его побагровело.) Мы должны лучших представителей, так сказать, наших чемпионов, так сказать, цвет нашего спортивного движения… Вообще, я считаю излишним дальнейшее обсуждение этого вопроса, который по существу и вообще совершенно мне ясен.

Петр Петрович молча улыбался.

После собрания Петр Петрович отозвал Андрея и Бориса.

— Пойдем погуляем перед сном, — сказал Петр Петрович.

— Хорошо, — сказал Борис.

— Пойдемте, — сказал Андрей.

На улице Петр Петрович некоторое время шагал молча. Его ученики молча шли с ним рядом. Потом Петр Петрович сказал, осторожно и медленно произнося слова:

— Видите ли, товарищи, я полагаю, что нужно было бы обсудить вопрос о дальнейшей тренировке. Вследствие того, что вам предстоит биться друг с другом…

— Нужно тренироваться врозь, — сказал Борис, не глядя на Андрея.

— Вы полагаете? — сказал Петр Петрович.

Он удивился. Он думал, что Борис и Андрей ни за что не захотят работать врозь.