Светлый фон

«А я ем повидло и джем», — прочел Борис.

«А я ем повидло и джем… А я ем повидло и джем…» Стишок назойливо и скучно звенел в голове Бориса. «А я ем повидло и джем…»

Стучали колеса вагонов, громко пыхтел паровоз. Длинная тень от дыма бежала рядом с поездом. Шоссе свернуло вправо и скрылось из виду. Поезд шел по полю.

Прощай, Маша! Прощай, Маша!

Все вдруг прервалось, все кончилось.

Борис так и не повидался с Машей. Уехал, не повидавшись с ней. Он позвонил ей по телефону. Телефон долго трещал. Потом недовольный голос домашней работницы сказал: «Кого надо?» — и Борис попросил Машу, и голос сказал: «Нету дома…» — и Борис повесил трубку.

Андрея Борис тоже не застал дома. Очевидно, Андрей был еще на заводе.

Перед самым поездом Борис заехал на стадион. Петр Петрович выслушал Бориса и долго молчал.

— Очевидно, так нужно, — сказал он. Борис испугался, таким старым показался ему Петр Петрович. — Очевидно, так устроена жизнь, Борис, что часто нужно прощаться. Слишком часто нужно прощаться… Мне очень жаль. Вы знаете… Но так нужно. Я уверен в вас. Я уверен, что вы не сдрейфите в тяжелый момент. Вот и все. Может быть, вы еще вернетесь ко мне. Вот и все.

Старик крепко пожал Борису руку и пошел по аллее. Он шел, как всегда, сутуля спину, руки глубоко засунув в карманы.

— Прощайте, Петр Петрович!

Поезд несся по полю. Паровоз гудел, гремели колеса на стыках рельсов.

Серое облако над городом все еще виднелось на краю поля.

Ворона летела рядом с поездом. Она долго летела рядом с поездом. Еще две вороны поднялись с проводов и полетели за первой вороной. Небо было синее-синее. Только с краю, там, где был город, стояло серое облако, Потом облака не стало видно.

«А я ем повидло и джем… А я ем повидло и джем…»

Снова и снова Борис вспоминал все события сегодняшнего дня. Как сразу все кончилось! Сразу все кончилось, все оборвалось. Будет совсем другая жизнь. Какая будет теперь жизнь? Какое усталое было лицо у полкового комиссара в Военкомате… Хорошо, что толстый молодой человек — поэт он, что ли, — хорошо, что он не узнал Бориса, а то было бы стыдно… Очень стыдно было бы… Он Машин знакомый, этот молодой человек… Очень было бы стыдно…

Прощай, Маша!..

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ