Потом он оделся и, застегивая ремни, вышел на крыльцо.

Бойцы поздоровались с ним.

— Здравствуйте, товарищи красноармейцы, — сказал Николай Семенович.

Вороной жеребец заржал звонко и весело.

— Тимофей Иванович! — с укоризной сказал Никифоров.

Николай Семенович пошел по двору.

Он зашел в конюшню.

Дневальный сидел около двери. Он вскочил навстречу командиру и отрапортовал.

Все было в порядке.

Выйдя снова на двор, Николай Семенович посмотрел на небо.

С запада низко шла темно-серая туча.

«Будет снег. Пожалуй, и ветер. Метель», — подумал Николай Семенович.

Огромный боров подошел сбоку и хрюкнул низким басом.

Боров был «подсобным хозяйством». Маленьким поросенком купил его Николай Семенович. На остатках от кухни боров невероятно разжирел и вырос.

Красноармейцы называли его Пуанкарэ.

Никифоров утверждал, что Пуанкарэ — чистокровный иоркшир.

Николай Семенович почесал Пуанкарэ за ухом. От удовольствия боров громко сопел. Он, как собака, побежал по двору за Николаем Семеновичем.

Из помещения канцелярии выскочил дежурный.

— Товарищ командир! Из штаба отряда просят к телефону! — еще издали крикнул он.

Николай Семенович вошел в канцелярию.