Глава 27

Важное решение

Эрика отложила книгу, которую листала, вскочила и с сияющей улыбкой воскликнула:

— Грегори, дорогой! Я уж думала, ты никогда не приедешь! — Через минуту она была в объятиях англичанина.

Геринг остался в дверях, с добродушной усмешкой наблюдая радость их встречи. Когда они нацеловались и наобнимались вволю, он укоризненно сказал:

— Я Эрике сообщил, что вызвал вас, а она предложила, чтобы вы сегодня переночевали здесь и не возвращались в Берлин. Поэтому для вас приготовлена комната. В гардеробной, естественно, есть и отдельная кровать на всякий случай. Надеюсь, что вы найдете все необходимое. Итак, доброй ночи!

Когда дверь за Герингом закрылась, Грегори дал волю своему беспокойству:

— Эрика, милая, то, что ты приехала сюда, — это прекрасно, самый лучший подарок для меня, но я сильно тревожусь за тебя. Просто недопустимо, чтобы ты приезжала в Германию в такую страшную годину.

— Я должна была сделать это, — ответила она тихо. — Существует долг, о котором никому нельзя забывать. Я знаю, что ты не воспринимаешь меня как немку, но в душе я всегда немка и останусь ею до конца. Моя страна сейчас переживает ужасный момент. Сколько бы преступлений и бесчинств ни натворили нацисты, все равно это не может перечеркнуть тот факт, что в Германии живут многие миллионы честных немцев, которые не хотели войны и которых заставили подчиняться силой нацистской тирании.

— Я все хорошо знаю и понимаю. Но только это не твоя вина и не твоя забота.

— Мой дорогой! Этот народ — мой народ. И они умирают ежедневно тысячами или страдают от ужасных ран. А дети! Несчастные крошки, только представь, что из них делают эти бомбежки. Нельзя упускать ни единой возможности, чтобы прекратить этот ужас. Ни единой!

— Ты всерьез верила в успех своей миссии?

— Я надеялась на какой-то шанс, рассчитывала на то, что в предвоенной Германии я была не последним человеком. Улаживала многочисленные сделки Гуго Фалькенштейна, связанные с поставками вооружения, так что посредник в деловых операциях я опытный. Как ты знаешь, Герман — один из моих близких друзей. Я знаю, что ему приходилось действовать разными методами, чтобы пробиться к власти, знаю, что добрую половину жизни он или пьян, или под действием наркотиков. Но знаю и то, что он не такой, как все эти нацистские мерзавцы. Это один из самых блестящих германских асов во все времена, храбрейший из храбрых. И он никогда не позволял засорить себе голову нацистской пропагандой. Он, несмотря ни на что, обладает огромной силой воли, и он именно тот человек, который может спасти Германию.