— Опять Малаку!

— Да. Он попал в один со мной концентрационный лагерь. Мы выбрались оттуда вместе, и сейчас он здесь в Берлине.

Затем Грегори поведал Эрике о том, как он воспользовался оккультными талантами Малаку, чтобы войти в доверие к Гитлеру, и о своем плане, который в случае его реализации положил бы быстрый и эффектный конец карьере маньяка.

— Ах, милый! Если б только тебе это удалось, — воскликнула Эрика. — Герман говорит, что русские будут в Берлине в ближайшие пару недель. Если Гитлер останется в столице и покончит самоубийством, тогда действительно война закончится. А если засядет в баварской крепости, то война протянется еще несколько месяцев. Сколько бесчисленных жертв войны ты бы мог предотвратить, сколько бед и несчастий избежать.

Грегори кивнул:

— Именно этого я и добиваюсь. Но только слишком это непростое дело.

Секунду они помолчали, затем Эрика сказала:

— Кроме грандиозного плана, который ты воплощаешь в жизнь, ты мне так ничего и не рассказал о себе.

— Между прочим, ты тоже о себе не слишком распространялась, — засмеялся он.

— Ну мне, собственно, и не о чем рассказывать. Вплоть до прошлого месяца я продолжала работать в госпитале в Гуэйн Мидз. Старина Пеллинор продолжает жить и работать в своем духе. Стефан и Мадлен счастливы, твой крестник — просто чудо. Но ты-то, ты? Столько месяцев провести в концлагере! И еще этот Малаку опять появился! И тебе удалось найти правильный подход к Герману. Расскажи мне обо всем. Сначала поясни, как ты смог выстоять перед всеми бедами и лишениями? И твоя нога, как она? Очень болит?

— Нет, теперь я уже почти и не замечаю раны. Только когда перенапрягаю ее сверх меры — тогда побаливает.

Вдруг Грегори вспомнил что-то и рассмеялся.

— Что, интересно, тебя так рассмешило?

Он поцеловал Эрику.

— Знаешь, прелесть моя, я ведь воспользовался этим своим увечьем, вернее, самим фактом серьезного ранения, чтобы использовать его как предлог, под которым я всячески избегал прыгнуть в постель к очаровательной женщине.

— Это с кем же? — насторожилась Эрика.

— С Сабиной Тузолто.

— Что?! Опять эта женщина?

— Да.

И Грегори рассказал Эрике, как Сабина прятала его у себя на вилле и спасла от ареста за бродяжничество и от верного финала в застенках гестапо.