— А беляки снова лес нарубят! — сказал кто-то из подводчиков.

— Мы снова сожжем!

— А они снова нарубят!

— Снова сожжем!

4

К комиссару подошел молодой партизан в английской форме, без погон (теперь все были без погон) и, наклонившись, о чем-то негромко спросил.

— Не возражаю, товарищ Комсомол. Бери молодых. Беседуй.

Товарищ Комсомол позвал партизан и подводчиков помоложе и повел за собой. Они спустились к реке, расселись под старым тенистым дубом. Всего собралось шесть человек. Юра хорошо знал только Манаса, с которым дружил два года назад, с остальными же, хотя он и видел их в Судаке, знаком не был. Всем ребятам было на вид лет по шестнадцать-семнадцать.

— Пусть старшие говорят там, — начал партизан, взлохматив пятерней копну русых волос, — а здесь у нас будет свой разговор. Кто из вас знает, что такое эркаэсэм?

Собравшиеся недоуменно переглянулись. Партизан продолжал:

— Неужели никто из вас не слышал о комсомоле?

— Так это же ваша фамилия! — чуть улыбаясь, медленно подняв огромные ресницы, отозвался Манас.

Юра рассмеялся. Он знал от Сережи, что комсомол — это Коммунистический Союз Молодежи.

— Зачем смеяться? — лениво сказал Манас. — Его же сам командир назвал «товарищ Комсомол»…

— Ладно! — улыбнулся партизан. — Давайте знакомиться. Я секретарь комсомольской ячейки. Зовут меня Лука.

— Разве вы не партизан? — спросил один из подводчиков.

— Я комсомолец-партизан.

— А как вы стали комсомольцем и партизаном? — спросил Юра.