С а в и н а. Были две девчонки, влюбленные в театр. Все ему отдали… А он ломал их, ломал по-своему. Я, может, податливей была, меня и скроил по своему подобью. А тебя — сломал.

С т р е п е т о в а. Сломал… Только не думай: я не жалею. Лучше сломаться, чем согнуться.

С а в и н а. А я не гнулась! Я всю жизнь служила театру!

С т р е п е т о в а. А я — народу! Прощай, Маша. Ненависти у меня к тебе нет. Ступай с богом. Прощай.

С а в и н а  уходит.

(Негромко.)

Входит  П и с а р е в.

П и с а р е в. Третьего октября тысяча девятьсот третьего года она умерла. Умерла моя Поля. Что могут сказать о ее великом таланте пожелтевшие страницы газет, фотографии?.. Искусство актера умирает, как только он покидает сцену. Может, когда-нибудь только что родившийся синематограф спасет артистов от забвения. Но мы, те, кто жил до него, останемся немы перед будущим. Что ж, будем утешаться тем, что оставили след в сердцах современников, будили в них совесть, сочувствие к обездоленным, ненависть к насилию. Мы свое дело сделали. Сделала его и моя Поля, Пелагея Антипьевна Стрепетова. Великая Стрепетова!

Конец

1978 г.