Виолетта, будучи хорошей наездницей, отлично переносила быструю езду, и даже Нуна, а равно и другие дамы держали себя бодро и не жаловались на усталость. Больше всего страдали несчастные раненые, хотя они и предпочитали качку, которую им приходилось выносить на спинах животных, чем остаться на попечении туземцев.

На второй день похода, перед вечером, совар, посланный вперед разведчиком, поразил их известием о том, что неприятель проведал об отступлении отряда и идет за ним со значительными силами, угрожая полным уничтожением. Узнав об этом, полковник Росс решил, что следует продолжать путь, чтобы уйти от неприятеля как можно дальше, а затем остановиться и принять бой в таком месте, которое представляло бы сильную позицию и внушало бы надежду оказать сколько-нибудь действенное сопротивление. И отряд снова двинулся в путь. Но тщетно полковник высматривал пункт, удобный для остановки. Разведчики их прибежали из арьергарда с известием, что неприятель уже очень близко. Несомненно, что бунтовщики, горя желанием отомстить за понесенное ими поражение, немедленно же атакуют их. Полковник очень обрадовался, когда смог найти для остановки поляну, с одной стороны которой протекал широкий и глубокий ручей, а с другой она примыкала к густым джунглям, в которые не могла бы проникнуть ни неприятельская кавалерия, ни артиллерия. Поэтому он здесь и остановился. Пехота расположилась в центре, а кавалерия по флангам, готовая атаковать неприятельские орудия, если бы таковые были при них.

Тихо ждал небольшой отряд нападения. Когда отряд врага подошел на расстояние выстрела, полковник Росс приказал открыть огонь; в то же время, по заранее условленному сигналу, Реджинальд и Бернетт, став во главе кавалерии, произвели отчаянную атаку. Немало людей пало с обеих сторон, но неприятель, полагаясь на свою численность и зная слабость противников, отказывался отступить. Месяц светил довольно ярко, так что сражающиеся могли продолжать битву, и Реджинальд не мог без страха подумать о том, что, несмотря на все их усилия, они должны быть разбиты. Снова и снова водил он свою конницу в атаку, как вдруг до слуха его долетели звуки английских рожков. Но в этот самый момент пуля свалила его на землю. И он лежал среди убитых, не будучи в силах двинуться, а в это время кавалерия продолжала атаку. Вокруг него кипел жаркий бой. Затем он услышал тяжелый топот кавалерии и грохот артиллерии, сопровождаемый громом орудий, открывших огонь по отряду. Подняв голову, он увидел багровую полосу и блеск штыков, при лунном свете выступавших из джунглей. Неприятель также заметил это движение и встретил приближающихся ружейными выстрелами. Но не прошло мгновения, как со стороны прибывших англичан раздался залп и солдаты, бросившись вперед, рассеяли их как пыль по ветру. Реджинальд ничего больше не видел. Голова его опустилась, и он лежал, подобно глыбам земли, окружавшим его.