– Зачем откладывать! – перебил его пылко юноша. – Уверяю тебя, я совсем здоров… Где мое платье? Давай его сюда.

– Не горячись, не горячись, всему свое время, – засмеялся Мали. – Об этом поговорим после, а теперь выслушай добрую весть, она скорее всяких лекарств поставит тебя на ноги.

– Ты узнал что-нибудь про отца… Он жив? – взволнованно проговорил Андре.

– Сказать наверное не могу, может быть, и жив, – ответил Мали. – На днях я посылал в Каунпор одного преданного мне мальчугана, который ходит со мной по ярмаркам со своей обезьяной… Этому-то мальчонке, забавнику и балагуру, ловкому и хитрому, как обезьяна, удалось пробраться в лагерь мятежников, осаждающих Каунпор, и выведать все, что мне надо было. Он рассказал мне, что мятежники нашли твое полуобгорелое платье и решили, что ты сгорел. Что же касается твоего отца, они убеждены, что ему удалось спастись бегством. Когда Нана ударил его кинжалом и он упал, разбойники сочли его мертвым и бросились грабить усадьбу, а вернувшись немного времени спустя, во дворе его уже не нашли. Кинулись искать по кровавому следу и дошли до самых джунглей, а там и след пропал. Где теперь Бурхан, сказать не сумею; верно только одно, что он жив.

– Боже, благодарю тебя! – радостно воскликнул Андре. – Пойдем скорее, может быть, нам удастся его найти.

– Погоди. Миана мне еще кое-что очень важное рассказал, – продолжал Мали. – Сестра твоя, оказывается, жива и здорова. Нана хотел было сначала отправить ее в Джанси, но потом раздумал и отослал к одному из раджей в Северный Индостан, к кому именно, сказать не могу, но в скором времени узнаю.

– Мали, Мали, мы ведь разыщем с тобой отца и сестру, не правда ли? – взволнованно проговорил Андре.

– Все сделаю, что в моих силах, дорогой сагиб, – ответил Мали, – но прежде, чем спасать других, надо позаботиться о своем собственном спасении, а это дело нелегкое. Прости меня, верного твоего раба, за то, что скажу, – прежде всего ты должен обещать мне во всем беспрекословно меня слушаться, иначе я не ручаюсь ни за что.

– Даю тебе слово, – твердо ответил юноша. – Здесь нет ни господина, ни раба; есть только слабое беспомощное существо, почти мальчик, который вверяет свою судьбу честному преданному человеку.

– Ну если так, то слушай. Первым делом ты должен одеться по-индусски, иначе твое платье нас выдаст. Но это еще не все. В это смутное время все вызывает подозрение. Придем мы с тобой в первое попавшееся селение, станут люди допытываться кто ты, а я им скажу, что ты мой сын, такой же, как и я, мастер заклинать и укрощать змей.