Я еще немного подождал мистера Уайтхеда, но так как он не появился, решил, что он отложил свою поездку до следующего дня, и, как всегда, в одиночестве принялся за еду. Во время обеда я слышал два выстрела, но не обратил на них внимания, так как звуки ружейных выстрелов были не в диковинку в окрестностях лагеря. Позже, когда стемнело, я, по обыкновению, вышел на охоту за нашим неуловимым врагом и направился к хижине из железных балок, которую мы поставили на фермы от моста. Место я выбрал недалеко от лагеря, который, как мне казалось, ночью должен был подвергнуться нападению.

Вскоре после того как я удобно устроился на своем посту, с удивлением услышал рычание, где-то в семидесяти ярдах от моего убежища. Мне показалось, что хищники что-то едят, но в лагерях было тихо, а по горькому опыту я знал, что любой ужин, который львы добывали у нас, сопровождался шумом и воплями. Поэтому я мог сделать только один вывод, что они напали на какого-то несчастного путника из местных жителей. Вскоре в темноте я различил блеск глаз. Прицелившись, насколько это было возможно в густой тьме, я выстрелил, но в ответ на мой выстрел львы подобрали свою добычу и спокойно удалились за невысокий пригорок, где уже никто не мог им помешать закончить трапезу. Как только рассвело, я выбрался из своей хижины и направился к месту, куда, мне казалось, ушли львы. Каково же было мое удивление, когда по дороге я встретил своего пропавшего гостя, мистера Уайтхеда, бледного и расстроенного. Одежда его была измята и разорвана в нескольких местах.

— Откуда вы идете? — воскликнул я. — И почему вы не пришли вчера к обеду?

— Ничего не скажешь, хороший прием вы устраиваете-человеку, когда приглашаете его обедать, — ответил он.

— В чем дело? Что случилось?

— Ваш дьявол чуть не прикончил меня вчера ночью, — ответил он.

— Чепуха! Вам, должно быть, это приснилось! — воскликнул я с изумлением.

Ничего не ответив, он повернулся, поднял рубашку и показал мне спину.

— Это очень похоже на сон, как вы думаете? — спросил он.

Одежда от самого ворота была разорвана, видимо, одним мощным ударом, и на теле остались четыре больших следа от когтей; кровавым и страшным пятном выделялись они на разорванной одежде. Ни о чем больше не расспрашивая своего гостя, я отвел его в палатку, обмыл и перевязал раны, и только после того как гость немного пришел в себя, он рассказал мне о событиях минувшей ночи.

Оказывается, поезд опоздал, и было совсем темно, когда он прибыл в Цаво. От станции дорога к нашему лагерю вела через вырубленную просеку. Уайтхед приехал с сержантом Абдуллой, который нес за ним зажженный фонарь.