Это новое несчастье привело Зверева в неописуемую ярость, но никого конкретно нельзя было в нем обвинить, поэтому он принялся шагать взад-вперед, громко проклиная судьбу на разных языках.

За ним с дерева наблюдал Тарзан. Он тоже был в недоумении относительно того, что здесь произошло, какое несчастье постигло лагерь в отсутствие главного отряда, но поскольку видел, что их начальнику это доставляло большое огорчение, то человек-обезьяна испытывал удовлетворение.

Негры не сомневались в том, что налицо очередное проявление гнева злого духа, преследующего их, и все они сходились во мнении, что необходимо покинуть незадачливого белого, каждый шаг которого заканчивался неудачей или несчастьем.

Зверев же, надо признать, руководитель с незаурядными способностями, сумел погасить почти неминуемый бунт и с помощью лести и угроз заставил людей остаться. Приказав соорудить хижины для всего отряда, он тотчас же снарядил гонцов к своим агентам, требуя немедленно прислать необходимые припасы. Он знал, что кое-какое снаряжение уже в пути — одежда, ружья, боеприпасы. Сейчас же он особенно нуждался в продовольствии и предметах обмена. Для поддержания дисциплины он постоянно загружал людей работой: по обустройству лагеря, вырубке поляны или же отправлял их на охоту за свежим мясом.

Так проходили дни, складываясь в недели, а Тарзан тем временем выжидал, наблюдая за ними. Он не торопился, потому что спешка не присуща зверям. Он бродил по джунглям, часто на значительном удалении от лагеря Зверева, но время от времени возвращался, стараясь не досаждать им, желая, чтобы они уверовали в свою полнейшую безопасность, нарушить которую он мог в любой момент. Он посеет в их душах ужас и подорвет их волю. Тарзан разбирался в психологии страха, и именно страхом он собирался нанести им сокрушительное поражение.

* * *

В лагерь Абу Батна, разбитый на границе страны галла, от посланных им разведчиков пришло известие, что воины галла собирают силы, чтобы помешать ему пройти через их территорию. Из-за дезертирства многих людей шейх не решился бросить вызов храбрым и многочисленным воинам галла, но вместе с тем понимал, что должен что-то предпринять, так как, если он долго задержится на месте, с тыла его неминуемо настигнет погоня Зверева.

Наконец, разведчики, которых он послал вверх по реке, вернулись с донесением, что дорога на запад свободна. И тогда, снявшись с базы, Абу Батн двинулся в путь со своей единственной пленницей.

Велика была его ярость, когда обнаружилось, что Ибн Даммук похитил Лэ, поэтому он удвоил меры предосторожности, чтобы исключить возможность побега Зоры Дрыновой. Ее охраняли так тщательно, что всякая вероятность побега казалась почти безнадежной. Девушка знала, какую судьбу уготовил ей Абу Батн. Она пребывала в подавленном состоянии и вынашивала план самоубийства. Некоторое время она питала надежду, что Зверев догонит арабов и освободит ее, но проходил день за днем, не принося никаких изменений, и она давно оставила подобную надежду.