Снисходя к этой мольбе, он рассмеялся и сказал:

– Мне ещё, по-видимому, предстоит открыть, где ваше превосходительство соблаговолит поместить меня на то время, пока я вынужден пользоваться вашим гостеприимством. Если мне позволено будет сейчас удалиться…

Губернатор резко обернулся к донье Эрнанде:

– Вы слышали? Ваш родственник вынужден напомнить нам о наших обязанностях по отношению к гостю. А

вам даже в голову не пришло, что вы должны позаботиться о нём.

– Но я же не знала… Мне никто не сказал, что у нас гость…

– Прекрасно. Теперь вы знаете. Обедать мы будем через полчаса.

За обедом дон Хайме пребывал в преотличнейшем расположении духа, иначе говоря, был попеременно то невероятно важен, то невероятно шумлив, и стены столовой то и дело дрожали от его громового хохота.

Дон Педро почти не давал себе труда скрывать неприязнь к нему. Он держался с ним всё более холодно и надменно и почти полностью перенёс своё внимание на подвергавшуюся насмешкам супругу.

– У меня есть весточка для вас, – сообщил он ей, когда подали десерт. – От кузена Родриго.

– Вот как? – язвительно заметил дон Хайме. – Она будет рада получить от него весть. Моя супруга всегда проявляла необычайный интерес к своему кузену Родриго, а он – к ней.

Донья Эрнанда вспыхнула, но не подняла глаз. Дон

Педро легко, непринуждённо тотчас пришёл ей на выручку.

– В нашей семье все привыкли проявлять интерес друг к другу. Все, кто носит фамилию Кейрос, считают своим долгом заботиться друг о друге и готовы в любую минуту этот долг исполнить. – Говоря это, дон Педро в упор посмотрел на дона Хайме, как бы призывая губернатора получше вникнуть в скрытый смысл его слов. – И это имеет прямое отношение к тому, о чём я собираюсь поведать вам, кузина Эрнанда. Как я уже имел честь сообщить его превосходительству, корабль, на котором мы с доном Родриго отплыли вместе из Испании, подвергся нападению этого ужасного пирата капитана Блада и был потоплен.

Пираты захватили в плен нас обоих, однако мне посчастливилось бежать…

– Но вы не поведали нам, как вам это удалось, – прервал его губернатор. – Вот теперь расскажите.

Однако дон Педро пренебрежительно махнул рукой.

– Это не столь уж интересно, и я не люблю говорить о себе – мне становится скучно. Но если вы так настаиваете… Нет, как-нибудь в другой раз. Сейчас я лучше расскажу вам о Родриго. Он узник капитана Блада. Но не поддавайтесь чрезмерной тревоге.

Слова ободрения пришлись как нельзя более кстати.

Донья Эрнанда, слушавшая его затаив дыхание, смертельно побледнела.