– Я ему размозжу голову, если он тронет телеграфиста!
– отвечал за Морриса Дэк.
Билль приказал Дунаеву собрать ружья и револьверы канзасцев, и, когда это было сделано, их развязали.
Они тотчас же пошли к дилижансу, вытащили свой багаж и провизию. Моррис тотчас же достал бутылку рома, и налив себе стакан, проговорил:
– Ваше здоровье, Билль. Ваше здоровье, судьи.
– Вы за здоровье Чайка пейте… Если бы не он, быть бы вам на дереве…
– За Чайка я выпью отдельно. Ваше здоровье, Чайк!
Дэк сидел молча на траве.
И только когда Билль приказал Дунаеву и Чайкину садиться в фургон, Дэк крикнул:
– Будьте счастливы, Чайк.
Чайкин вернулся и крепко пожал руку Дэку и потом
Моррису.
Через пять минут фургон покатил дальше. Дунаев и
Чайкин очень удобно расположились на местах, которые занимали агенты большой дороги.
ГЛАВА XIX