– Ловко же вы врете, Чайк! – добродушно заметил один из них.
– Да я не вру! – простодушно ответил Чайкин.
– Если не врете – это ваше дело, – то вы, должно быть, большой, скажем, чудак.
– И думаете долго оставаться на ферме? – недоверчиво спросил Фрейлих.
– Долго, если будут держать.
– Значит, Вильк найдет постоянного товарища… Он здесь уже пятый год…
Вильк молчал. Он только пристально взглянул на
Чайкина и отвел глаза.
Скоро старик позавтракал и вышел.
– Вильк не разговорчивый. Отличный человек, но из него ничего не вытянете, Чайк! – промолвил Фрейлих.
– Он янки? – спросил Чайкин.
– Едва ли… Вот эти двое янки не признают Вилька за янки. Но никто не знает, откуда Вильк и кто он такой.
Два рабочие, которых Фрейлих назвал янки, оба люди лет за тридцать, усмехнулись, и один из них сказал:
– Вильк, должно быть, был прежде богатым… Будь он янки, не оставался бы здесь… Положим, здесь хорошо, но на время.
– И вы здесь на время? – спросил Чайкин.
– А вы думали, так и останемся, как Вильк?.. Мы не такие чудаки, как вы, Чайк, если не врете… Мы хотим, как и Фрейлих, разбогатеть.