Старик попробовал было улыбнуться, но улыбка вышла какая-то кислая. Однако он промолвил:
– Ты, может быть, и прав, мой милый... Даже наверное прав... Мы, старики, слишком впечатлительны и часто забываем правила житейской мудрости. . Но с темпераментом ничего не поделаешь, Сережа. . Я вот и вышел в отставку, и флот лишился, как ты говоришь, хорошего адмирала.
– Ты не сердись, папа, что я позволил себе откровенно высказать свое мнение. .
– Что ты, Сережа! За что же сердиться? Ты просто благоразумнее меня, вот и все... Ну, рассказывай, голубчик, доволен ли ты службой?.. Полюбил ли море?..
Сережа признался, что моря особенно он не любит, но что служит добросовестно и на хорошем счету у капитана.
Два года как он ревизором24, после того, как прежний ревизор заболел и уехал в Россию.
– Хлопотливая эта обязанность. . Напрасно ты согласился принять ее.
– Да, работы много, но раз капитан просил, я не счел возможным отказаться.
Сережа между тем взглянул на часы и подавил пуговку электрического звонка.
У порога каюты вытянулся молодой вестовой. По напряженной его физиономии и несколько испуганному
24 Ревизор – офицер, заведующий хозяйственной частью. -
взгляду сразу можно было догадаться, что этот белобрысый матросик с голубыми, слегка выкаченными глазами побаивается молодого лейтенанта.
– Узнай, скоро ли завтракать? – сухим и повелительным тоном произнес Сережа.
– Есть, ваше благородие!
Вестовой хотел было уйти.
– Постой! – резко остановил его Сережа.
Вестовой замер на месте и, не моргая, глядел на лейтенанта.
– Скажи буфетчику, чтобы накрыл три лишних прибора... Понял?