— Грип, помогите мне, пожалуйста, достать вон ту коробку конфет. Я никак не могу дотянуться...

И Грип, конечно, доставал коробку.

Или:

— Не могли бы вы снять мне вон ту сахарную голову... У меня сил не хватает...

И Грип снимал сахарную голову.

— И надолго ты уплываешь? — спросил Боб, хитро прищурившись и едва удерживаясь от смеха. Можно было подумать, что он посмеивается над другом.

— Да, на этот раз надолго! — ответил кочегар, покачав головой. — Недель на пять, не меньше...

— Ба! Да пять недель пролетят как один день!.. Я думал — месяцев на пять!

— Пять месяцев?.. А почему бы тебе не сказать пять лет! — воскликнул Грип с таким несчастным видом, словно ему грозило пять лет тюрьмы.

— Ну и как, ты рад этому, Грип?

— Черт побери... а ты как думаешь?.. Конечно, рад... до чертиков...

— Ну и дурак же ты, Грип!

И, -выразив таким образом свое мнение по этому поводу, Боб удалился, напустив на себя многозначительный вид.

Все дело в том, что Грип, можно сказать, больше и не жил. Ведь биться головой о стену, как муха о ламповое стекло, не значит жить. А поскольку он никак не решался остаться со всеми, отплытие «Вулкана» пришлось как нельзя более кстати, и Грип отбыл двадцать второго июня.

Во время очередного отсутствия Грипа торговый дом «Литтл Бой» осуществил одну сделку, одобренную мистером О’Брайеном, которая обещала принести неплохой доход. Речь шла о новой игрушке, созданной одним изобретателем, на которую Малыш тут же купил патент.

Игрушка произвела подлинный фурор еще и потому, что продавалась она только в торговом доме «Литтл Бой энд К°», то есть у двух мальчуганов, вдруг ставших монополистами. Отправляясь на морские курорты, все юные джентльмены спешили обзавестись новой игрушкой, кстати, довольно дорогой. Боб, которому была поручена ее продажа, не справлялся с толпой покупателей. Пришлось и Сисси подключиться к делу, отчего торговля только выиграла. Даже в бакалейном отделе, где торговля по-прежнему шла довольно бойко, выручка оказалась меньше, чем в отделе игрушек. Но поскольку все деньги в конце концов попадали в общую кассу магазина «Для тощих кошельков», кассиру не на что было сетовать. Одна эта сделка принесла несколько сот гиней. Вполне вероятно, что, если дела пойдут так же и дальше, годовой баланс фирмы, с учетом обычной новогодней выручки, достигнет трех тысяч фунтов.

Так что юный хозяин «Для тощих кошельков» вполне мог себе позволить дать Сисси вполне приличное приданое, если ей вдруг вздумается выйти замуж! А зачем, собственно, скрывать, что Грип, парень хоть куда, был ей по нраву и мог стать превосходным мужем, хотя она об этом никому и никогда не говорила. Правда, все об этом и так знали. Теперь дело было за Грипом... Действительно, не развалится ли без него весь торговый флот?.. И не остановятся ли паровые машины, если он вдруг покинет свой пост?.. И разве не он так хохотал, что едва не потерял челюсть, когда Малыш заикнулся о том, что в один прекрасный день и он захочет жениться?