Девчушка подчинилась. Все, затаив дыхание, наблюдали за ней.

Когда она открыла горшок, там оказались камешки, вроде тех, что усеивают дно соседней речушки Кэшн.

— Мистер Мартин, — сказал Малыш, — вы помните?.. Каждый вечер когда-то, если вы были довольны моей работой, вы давали мне камешек...

— Да, мой мальчик, и не было дня, чтобы ты его не заслужил...

— Их здесь ровно столько, сколько дней я провел на ферме. Пересчитай-ка их, Дженни... Ведь ты умеешь считать, не правда ли?..

— О да! — ответила девчушка.

И она принялась считать камешки, раскладывая их на кучки, по сто штук в каждой.

— Одна тысяча пятьсот сорок, — сказала она наконец.

— Все правильно, — подтвердил Малыш. — Больше четырех лет я провел в твоей семье, Дженни... твоей семье, ставшей и моей!

— И эти камешки, — сказал мистер Мартин, опустив голову, — единственная плата, которую ты получил от меня... А я-то надеялся когда-нибудь заменить их шиллингами!

— И которые превратятся для вас, отец, в золотые монеты!

Ни мистер Мартин, ни все его семейство ничего не могли понять. Что происходит? О чем говорит их бедный мальчик? Такое богатство!.. Не сошел ли он с ума?

Угадав, о чем они думают, Сисси поспешила сказать:

— Нет-нет, друзья мои, и сердце и разум у него в полном порядке!

— Да, все правильно, отец мой Мартин, матушка Мартина, братья мои Мердок, Пат и Сим, и ты, Китти, и ты, моя крестница, все верно!.. Я так счастлив, что могу наконец отблагодарить вас хотя бы в малой степени, за то добро, что вы для меня сделали!.. Эта земля продается... Вы купите ее. Восстановите ферму... О деньгах не беспокойтесь, у меня хватит на все... Никаких притеснений со стороны какого-то там Харберта вы терпеть уже не будете!.. Здесь ваш дом... Вы здесь хозяева!..

Затем Малыш поведал приемным родителям свою историю, начиная с того самого дня, когда он покинул ферму Кервен, и до настоящего времени. Деньги, которые он предоставлял в распоряжение семьи Маккарти, в соответствии с количеством камешков, выразились в сумме в тысячу пятьсот сорок фунтов — целое состояние для нищих ирландцев!

И может быть, впервые на эту землю, обильно политую слезами горя и печали, упали слезы радости и благодарности!

Три пасхальных дня Малыш, Боб, Сисси и Грип провели с семьей Маккарти в Силтоне. После трогательного прощания они вернулись в Дублин, и утром тринадцатого апреля магазин вновь распахнул двери перед покупателями.

Прошел год. И этот, 1887 год по праву может считаться одним из счастливейших в жизни наших героев. Юному патрону исполнилось шестнадцать лет. Дела его процветали. Он достиг богатства и славы. Доход от сделки с «Дорис» превзошел даже самые смелые расчеты мистера О'Брайена, и капитал торгового дома «Литтл Бой энд К°» достиг двадцати тысяч фунтов. Конечно, часть денег принадлежала мистеру и миссис Грип, Бобу как компаньонам фирмы «Для тощих кошельков». Но ведь все они были членами одной семьи!