Восхитительная мысль, и мистер Паттерсон сожалел только об одном: ни у Горация, ни у Вергилия или другого поэта Древнего Рима не было и намека на сей афоризм, увековеченный в стихах!
Вот так проходил обед на последней стоянке «Стремительного», причем Вага был избавлен от необходимости ставить специальный стол, используемый при качке.
За десертом Роджер Хинсдейл поднял тост за капитана Пакстона, выразив сожаление, что тот не может присутствовать на обеде в кают-компании. А Нильс Гарбо выразил пожелание, чтобы во время плавания никто не страдал отсутствием аппетита...
— А почему, собственно, он должен у нас пропасть?.. — удивился мистер Паттерсон, несколько оживившийся после стакана портвейна. — Разве его не будет возбуждать соленый океанский ветер?
— Однако, — заметил Тони Рено, поглядывая на него с иронией, — а как же морская болезнь?..
— Пф! — фыркнул Джон Говард. — Ну стошнит пару раз, и все дела.
— Кстати, — заметил Альбертус Лейвен, — пока никто не знает, как лучше ее превозмочь — с полным желудком или пустым.
— Лучше с полным, — безапелляционно заявил Хьюберт Перкинс.
— С пустым... — не терпящим возражения тоном объявил Аксель Викборн.
— Мои юные друзья, — вмешался в разговор мистер Паттерсон, — поверьте моему богатому опыту, самое лучшее — это приспособиться к качке судна... Ведь смогли же мы перенести переезд из Бристоля в Куинстаун, поэтому я считаю, что больше нам бояться нечего!.. Все дело в том, чтобы привыкнуть, а ведь недаром говорят, что привычка — вторая натура!
Устами этого несравненного мужа говорило само благоразумие. После чего почтенный ментор продолжал:
— Друзья мои, я бы хотел привести пример, подтверждающий мою мысль...
— Слушаем... слушаем!.. — закричали все хором.
— Итак, вот вам факты, — начал мистер Паттерсон, откинув голову назад. — Один ученый ихтиолог, имя которого вылетело у меня из головы, для изучения эффекта привыкания поставил чрезвычайно убедительный опыт на рыбах. В садке у него жил карп, который вел совершенно беззаботное существование. Однажды у ученого возникла идея попробовать приучить карпа жить вне его родной стихии. Он стал вытаскивать его из садка, сначала на несколько секунд, потом минут, затем часов, дней, пока наконец сообразительная рыба не приспособилась дышать воздухом, не нуждаясь в воде...
— Но это просто невероятно!.. — воскликнул Магнус Андерс.
— И тем не менее это факт, — утверждал мистер Паттерсон, — причем научно доказанный.
— Но тогда, — недоверчиво заметил Луи Клодьон, — человек когда-нибудь сможет жить в воде?..