Попрощавшись с капитаном и пассажирами, офицеры сошли в шлюпку, но, прежде чем отчалить, лейтенант обратился к капитану:

— Полагаю, капитан, уже завтра «Стремительный» будет на острове Сент-Томас, ведь до него всего какие-то пятьдесят миль?..

— Надеюсь, что так, — ответил Гарри Маркел.

— Тогда мы сразу же, как только прибудем на Барбадос, сообщим об этом телеграммой...

— Буду вам чрезвычайно признателен, сударь, и прошу передать мою благодарность капитану «Эссекса».

Шлюпка отошла от борта парусника и через минуту была уже у сторожевого корабля.

Гарри Маркел и пассажиры обменялись приветствиями с командиром куттера, ожидавшим шлюпку у трапа.

Шлюпку подняли на борт куттера, раздались приветственные свистки, и, сразу же набрав скорость, «Эссекс» лег на курс зюйд-вест. Час спустя от него остался лишь дымок на горизонте.

Что касается «Стремительного», то, обрасопив реи, парусник, идя правым галсом, взял курс на Сент-Томас. И только тогда Гарри Маркел и его сообщники пришли в себя после неожиданного визита «Эссекса». Итак, ни одна живая душа ни в Англии, ни на Антильских островах не подозревала, что пираты с «Галифакса» сбежали на судне и что им был «Стремительный»... Похоже, фортуна не отвернется от них до конца!.. Они, не таясь, посетят Антильский архипелаг, где их встретят с почетом, обойдут один за другим все острова и закончат путешествие на Барбадосе, где и будет последняя стоянка, откуда отправятся затем... но не в Европу!.. Как только Барбадос исчезнет за горизонтом, «Стремительный» перестанет быть «Стремительным»... Гарри Маркел распростится с обликом капитана Пакстона, а на борту судна уже не будет ни мистера Паттерсона, ни его юных спутников!.. Дерзкое предприятие успешно завершится, и пусть себе полиция ищет пиратов с «Галифакса» в Ирландии!..

Последняя часть пути проходила при самых благоприятных условиях. Погода стояла великолепная, дули устойчивые ветры, что позволило поставить все паруса, включая и лиселя.

Мистер Гораций Паттерсон совершенно освоился с морской жизнью. Иногда, правда очень редко, килевая или бортовая качка доставляла ему некоторые неудобства. Однако теперь он вновь занял свое место за общим столом в кают-компании и даже решил отказаться от вишневой косточки, которую до этого упорно держал за щекой.

— Разумеется, сударь, вы абсолютно правы, — твердил ему Корта, — только это и спасает от морской болезни...

— Согласен с вами, друг мой, — отвечал ему достойный наставник, — к счастью, у меня их много, этих чудодейственных косточек, и все благодаря стараниям предусмотрительной миссис Паттерсон.