Как назло, на южном конце Сенекой отмели нет ни одного даже самого крохотного островка или утеса, где можно было бы построить маяк, а сила прибоя здесь так велика, что не позволяет использовать даже бакены. Поэтому пришлось возводить маяк на скале Ар-Мен, расположенной в трех милях от конца гряды. Работы шли с большими трудностями. Строительство началось в 1867 году, а через двенадцать лет, в 1879 году, он достиг только половины своей высоты — тринадцати метров над уровнем моря. Рассказывают, однажды выдался даже такой год, когда работать удалось в общей сложности только восемь часов, хотя строители все время подстерегали благоприятные минуты. Вот почему к моменту крушения «Аляски» маяк еще не был закончен. И тем не менее все это еще до конца не объясняло происшедшего. Эрик дал себе слово заняться выяснением причины катастрофы, как только отправит людей за помощью в Лориан.

Когда поднялась луна и бот отчалил, юный капитан, оставив, по обыкновению, на палубе только вахтенных, всех остальных отправил на отдых, а сам спустился в кают-компанию. Бредежор, Маляриус и доктор дежурили возле тела Марсиласа. Увидев Эрика, все они встали.

— Мой бедный мальчик, чем же, в конце концов, вызвано это несчастье? — спросил доктор.

— Непонятно,— ответил юноша, наклонившись над схемой, развернутой на столе покойного капитана.— Я инстинктивно чувствовал, что мы взяли неправильный курс. Убежден, и рыбаки подтверждают то, что мы находимся, по крайней мере, в трех милях к западу от маяка — приблизительно вот здесь,— добавил он, указывая точку на карте.— И, как видите, тут не отмечено ни отмели, ни рифов. Ничего, кроме темного цвета больших глубин. Это просто непостижимо! Ведь нельзя же в самом деле поверить в ошибку на карте Британского адмиралтейства, когда речь идет о местах, так хорошо известных и так тщательно изученных в течение столетий. Все это настолько нелепо, что похоже на страшный сон.

— Нет ли ошибки в определении координат и не принят ли нами один маяк за другой? — спросил Бредежор.

— Сбиться с пути на таком коротком переходе просто невозможно,— сказал Эрик.— Вы только вспомните! Мы ведь ни на минуту не теряли из виду берегов и все время шли от одного ориентира к другому. Правда, можно допустить, что один из двух сигнальных огней, обозначенных на карте, не был зажжен или, наоборот, появился какой-то дополнительный фонарь, то есть предположить невозможное! Но этим мы все равно ничего бы не объяснили — ведь наш курс был таким обычным, а лаг настолько выверен, что просто невозможно ошибиться! Мы можем провести линию маршрута с точностью до пятисот метров. Его последняя крайняя точка почти полностью совпадет с обозначением на карте венского маяка. И однако, факт остается фактом: мы сидим на рифах, а между тем, если судить по карте, под нами должна быть трехсотметровая глубина!