— Я рад, что вы видите в этом и забавную сторону, мсье Дэвид.

Черный Роджер улыбался так любезно, как только позволял ему его распухший глаз.

— Не следует трагически относиться к смерти. Если бы меня собирались вешать, то я пел бы с веревкой на шее, чтобы показать миру, что не о чем печалиться, когда расстаешься с жизнью.

— Я думаю, что в конце концов предоставлю вам такую возможность, — сказал Дэвид.

Черный Роджер порывисто наклонился к нему.

— Вы думаете, что повесите меня?

— Уверен в этом.

— Хотите держать пари, мсье Дэвид?

— С приговоренным пари не держат.

Черный Роджер ухмылялся, потирая свои огромные руки и блестя единственным здоровым глазом.

— Тогда я побьюсь об заклад с самим собой, мсье Дэвид. Ма foi, клянусь, что прежде чем опадут листья с деревьев, вы будете домогаться дружбы Черного Роджера Одемара и полюбите Кармин Фэнчет так же, как люблю ее я. А что касается Мари-Анны…

Он отодвинул кресло и поднялся, как бы сдерживая душивший его смех.

— И так как я буду держать пари с самим собой, то уже не смогу убить вас, мсье Дэвид, хотя, может быть, это было бы самое лучшее. Я возьму вас с собой в замок Булэн, в лесах Йеллоунайфа, за Большим Невольничьим. И с вами ничего не случится, если только вы не вздумаете бежать. А если попытаетесь, будете убиты. И это очень огорчит меня, мсье Дэвид, потому что я люблю вас, как брата, и знаю, что в конце концов вы пожмете руку Черному Роджеру Одемару и преклоните колени перед Кармин Фэнчет. А что касается Мари-Анны…

Он вновь остановился и, смеясь, вышел из каюты. И было отчетливо слышно раздавшееся вслед за этим металлическое щелканье замка.

Некоторое время Дэвид не двигался со своего места за столом. Он не хотел, чтобы Роджер Одемар видел, до какой степени он был потрясен его признанием, но от самого себя не пытался скрывать ничего. Он находился во власти настоящего разбойника с целой армией сообщников за спиной, и Мари-Анна вместе с Кармин Фэнчет были участницами этой шайки. И сам он был не только пленником. Весьма вероятно, что Черный Роджер просто прикончит его в подходящий момент. Да так он и должен сделать. Оставить его в живых, чтобы он мог убежать, было бы роковым для Черного Роджера концом всей истории.

А чтобы разрушить последовательность и логичность всех этих догадок, которые он так уверенно строил, перед ним стало подниматься множество других вопросов, пока наконец его мысли окончательно не спутались. Если Сен-Пьер был Черным Роджером, то почему он сознался в этом только чтобы выполнить условия пари? И почему он вообще оставил его в живых? Почему не убил его Бэтиз? Почему Мари-Анна вернула его к жизни?