Директор ЦРУ Мартин Броган ободряюще улыбнулся ему.

– Пожалуйста, расскажите нам с самого начала все то, что слышали и наблюдали. Мы дословно запишем ваш доклад. После этого перейдем к вопросам и ответам. Вы согласны?

Принесли пиво. Дирк сделал большой глоток, расслабился и подробно рассказал о своем путешествии, начиная с отлета из Ки-Уэст и закончив на том, как он, не веря своим глазам, заметил подводную лодку, поднявшуюся из воды в нескольких ярдах от его тонущей ванны. Он не скрывал ничего, выложив даже самые незначительные подробности, какие только мог вспомнить. Его монолог длился почти полтора часа, но все слушали внимательно, не задавая вопросов и не смея его перебить. Когда Питт наконец закончил, он, устав стоять, присел на край стула и спокойно наблюдал, как остальные сверяют свои записи.

Броган объявил перерыв. Принесли аэрофотоснимки Кайо-Санта-Мария, досье на Великова и Глая и распечатанные копии транскрипта рассказа спасенного мужчины. После сорока минут изучения всех материалов Броган приступил к вопросам:

– Вы взяли с собой на дирижабль оружие. Зачем?

– Предполагаемым местом крушения «Циклопа» были кубинские воды. Поэтому мы решили, что целесообразно будет захватить с собой пуленепробиваемый щит и ракетную установку на случай, если понадобится защищаться.

– Вы, конечно, понимаете, что ваше необоснованное нападение на кубинский патрульный вертолет – нарушение государственной политики, – произнес человек, работающий в госдепартаменте, насколько мог припомнить Дирк.

– Я подчиняюсь более высшему закону, – с язвительной усмешкой ответил Питт.

– И что же это за закон?

– Закон Дикого Запада, хотя некоторые называют его инстинктом самосохранения. Кубинцы открыли огонь первыми и сделали, насколько я мог сосчитать, около тысячи выстрелов, прежде чем Эл Джордино уничтожил их.

Директор ЦРУ улыбнулся. Он узнал в Питте родственную Душу.

– Больше всего нас беспокоят ваши сведения о русской базе на острове. Вы сказали, что остров практически не охраняют.

– Снаружи я вообще не заметил охранников, кроме тех, что стояли у ворот постройки. Дороги и пляжи никто не патрулировал. Единственной их мерой безопасности был электрифицированный забор.

– Тогда понятно, почему на инфракрасных фотографиях не видно никаких признаков человеческой деятельности, – сказал аналитик, окидывая взглядом снимки.

– Не похоже на русских, – задумчиво добавил еще один сотрудник ЦРУ. – Они почти всегда делают одну и ту же ошибку, по которой мы раскрываем местоположение их секретных баз, – чрезмерное количество охранников.