– Не в этот раз, – сказал Питт. – Теперь они бросились в другую крайность, и за нее им придется расплатиться. Генерал Великов рассказал, что это самый засекреченный военный объект за пределами Советского Союза. И я понимаю, почему никто из вашего агентства до сих пор о нем ничего не знал.

– Признаюсь, похоже, что все это время нас водили за нос, – сказал Броган. – При условии, что ваш рассказ был правдивым.

Дирк уставился на Брогана холодным взглядом. Затем, превозмогая боль в измученном теле, поднялся с кресла и направился к двери.

– Ладно, пусть будет по-вашему. Я все сочинил. Спасибо за пиво.

– Могу я спросить, куда вы собираетесь идти?

– Собираюсь созвать свою пресс-конференцию, – ответил Питт. – Я теряю драгоценное время. Чем раньше все узнают о моем побеге и я потребую освобождения Лебаронов, Джордино и Ганна, тем скорее Великову придется забыть о пытках и казни моих друзей.

Наступила напряженная тишина. Никто из людей за переговорными столами не мог поверить, что Питт просто так возьмет и уйдет. Никто, кроме Сэндекера. Он сидел и улыбался, словно владелец футбольного клуба, досматривающий выигрышный матч.

– Вам лучше действовать сообща, Мартин. Только что вы выслушали доклад об удачной разведывательной операции высшего класса, и если никто из сидящих в зале не способен это признать, то я посоветовал бы вам сменить род деятельности.

Броган мог быть бестактным эгоистом, но дураком уж точно не был. Он мгновенно поднялся и остановил Питта в дверях.

– Простите старого ирландца. Когда работаешь тридцать лет на такой должности, трудно не стать скептиком. Прошу, помогите нам, давайте вместе распутаем эту головоломку. И потом обсудим, что мы можем сделать для ваших друзей и Лебаронов.

– Это будет стоить вам еще одной бутылочки пива, – ответил Питт.

Директор ЦРУ и все остальные рассмеялись. Таким образом, камень преткновения был раздроблен, и беседа продолжилась, причем в ней приняли участие все сидящие за столом.

– Узнаете? – спросил аналитик, показывая фотографию.

– Да, на фото генерал Петр Великов. Он безупречно говорит на английском с чистым американским акцентом. Чуть не забыл: у него есть мое досье, в том числе мой профиль личности.

Сэндекер перевел взгляд на Броган:

– Кажется, у Сэма Эмметта в отделе учета ФБР завелась крыса.

Тот саркастически улыбнулся:

– Сэм не обрадуется, когда узнает об этом.

– Мы могли бы написать книгу о подвигах Великова, – заметил грузный человек, сидящий перед Питтом. – Я буду вам очень благодарен, если вы опишете мне его манеры и поведение когда-нибудь при встрече.