Аскеры рвались в рукопашный бой. Воспользовавшись тем, что гайдутины перезаряжали янычарки, они с криком и визгом ринулись в узкий проход.

— Алла! Алла! — дико ревели разинутые рты.

— За сабли, друзья! — раздался голос Младена. — Не посрамим земли болгарской! За сабли!..

С высоко поднятой саблей он первым кинулся на врагов. Плечом к плечу с ним шли Драган и Звенигора. В атаку ринулись все гайдутины, за исключением Златки, Якуба и Яцько. Они остались с ранеными и охраняли лошадей.

В мрачном скалистом ущелье столкнулись две лавины. Заскрежетала сталь… Упали первые убитые. Воинственные крики стихли. Слышались лишь отрывистые возгласы бойцов да стоны раненых. Рубились люто, не отступая ни на шаг. Серый камень покрылся кровью.

Звенигора и Драган неослабно оберегали Младена.

Кто-то из спахиев узнал его и с криком «Воевода Младен!» бросился на гайдутинского вожака с высоко занесенной саблей. Драган отбил удар, а Звенигора прикончил нападавшего. Но теперь все аскеры заметили воеводу, и каждый старался скрестить с ним оружие. Каждому хотелось стяжать славу победителя воеводы и получить обещанную Гамидом награду за его голову.

Один из аскеров, которому никак не удавалось из-за толчеи добраться к воеводе, решил добиться своего другим путем. Он выхватил пистолет и, вскочив на камень, через головы товарищей выстрелил в Младена. Старый воевода вздрогнул, начал оседать… Звенигора успел подхватить его под руки. Гайдутины сразу же заслонили его, и Арсену удалось вынести воеводу в тыл.

На крик Звенигоры подбежал Драган.

— О горе! — вскрикнул он, увидев окровавленного, побледневшего воеводу. — Быстрее к Якубу! Неси, Арсен! А я останусь здесь…

Рана Младена оказалась серьезной. Пуля пробила предплечье.

Якуб туго перевязал рану, Златка со слезами на глазах поддерживала голову отца.

Младен крепился, но силы оставляли его.

— Как там? — спросил слабо.

— Держатся наши, — ответил Арсен.

— Жаль, мало нас, а то поймали бы сегодня Гамида… Арсен, передай Драгану, чтоб выводил отряд из боя! Достаточно врагов мы положили! — Воевода смолк, стиснув зубы.

Звенигора с Якубом посадили его в седло. Златка подъехала вплотную, готовая поддержать отца. Поднялись и раненые, которые могли идти сами.

— Трогайтесь, — сказал Звенигора. — Мы догоним вас.

Бой затихал. Гайдутины постепенно отступали, подбирая раненых. Драган надеялся, что спахии, понеся чувствительные потери, не станут преследовать их, однако ошибся. Хотя они и не бросались теперь врукопашную, но и не отставали. Слух о ранении Младена дошел до Гамида, и он решил одним ударом покончить и с воеводой, и с его отрядом.