К. Тебе не нравится?

ОНА. Я пытаюсь понять, как это может быть в стране равенства… И что это за удивительный магазин, в котором наша домработница покупает продукты?

К. В первые дни после Революции был жестокий голод. Ленин открыл этот магазин. Здесь отоваривались вожди партии и самые активные ее члены. Все, кто был особенно ценен для партии. Называлось это «спецпитание в спецмагазине».

ОНА. Но и сейчас люди в Москве живут голодно. Зато в вашем…

К. В нашем!

ОНА. В спецмагазине я точно в раю – икра, рыба, конфеты, фрукты, спиртное. Наша домработница неграмотна, но там и не надо. В магазине всю эту роскошь отпускают без денег.

К. Ну почему же? В конце месяца вычитают из моей зарплаты.

ОНА. Смехотворную сумму!

К. Да, там такие цены.

ОНА. Коммунистические. Кроме спецпитания у нас есть спецлечение – особая поликлиника. Просто…

К. Коммунизм!

ОНА. Абсолютно. Но где же прославленное равенство, ради которого сделали Революцию? Мне кажется, и Герта не может этого понять.

К. Герта поймет так, как ей объясню я. (Насмешливо.) Постарайся понять и ты: мы все идем в долгожданный коммунизм. Но кто-то должен войти туда первым.

ОНА. Мы!

К. Да, мы пришли первыми, чтобы готовить приход других.

ОНА. Ты это серьезно?

К. И ради этих других, которые уже поднимаются во всем мире, я работаю день и ночь. Разрабатываю тактику грядущей мировой Революции! И потому о таких, как я, заботится партия.

ОНА. По вечерам к нам приходили такие же люди, живущие в коммунизме…

Здравствуйте, Григорий. Это глава Коминтерна Зиновьев. Рады, что вы пришли, дорогой Николай!.. Это Бухарин, большой друг Отто. «Любимец партии» – так прозвал его Ильич. Здравствуйте, дорогие любимцы партии. Хочу сообщить вам, что всех вас расстреляют. Впрочем, это я могла сообщить почти всем. Мы окружены призраками – каждый из них с пулей в сердце. Ты дружил с ними.