Шейх Рашид Аль Мактум (1912–1990), активно содействовавший образованию ОАЭ, дал толчок экономическому развитию Дубая и его последующему превращению в то, чем он является сегодня – крупным международным финансово-торговым, воздушно-морским и туристическим кластером. Шейх Рашид управлял Дубаем в течение 32 лет (1958–1990). Рассказывают, что рабочий кабинет его располагался в порту, в помещении таможни. Поэтому деловая жизнь города, в значительной степени зависевшая тогда от морской торговли, и связи торговцев с внешним миром, постоянно находились в фокусе его внимания. Ничто не ускользало от цепкого взгляда шейха. Характер у этого удивительного человека, правителя-преобразователя, как справедливо называют его хронисты Дубая, был непростой, но понятия чести и достоинства в нем доминировали бесспорно. Отличался он, по их словам, необыкновенным «коммерческим чутьем». Если работаешь в Дубае, говорил шейх Рашид, – то и живи в нем, а не в той же соседней Шардже, к примеру, и заработанные деньги трать не на стороне, а в Дубае. Отсюда – и прекрасные условия жизни и отдыха в в этом эмирате. Здесь масса ресторанов, уютных кафе, спортивных залов и морских клубов, кинотеатров и библиотек (первая из них открылась в 1962 г.), художественных галерей и концертных залов. Достаточно много в Дубае и музеев (первый из них появился в 1969 г.).
По воспоминаниям современников, шейх Рашид был человеком, наделенным недюжей коммерческой хваткой. Обладал необыкновенной силой воли. Жестко отстаивал интересы семейства Аль Мактум, как правящей династии Дубая, в структуре федеральной власти ОАЭ.
Вставал рано. Первым делом объезжал город и знакомился с тем, что происходило на рынках и на пристани. И только потом, часам к восьми утра, возвращался в резиденцию, чтобы позавтракать. Двери его офиса в рабочее время и резеденции в вечерние часы, когда мужчины, по существующей здесь традиции собираются, чтобы поговорить и поделиться новостями, были открыты для всех, без исключения, жителей Дубая. Дубайцы обращались к нему напрямую и когда нуждались в совете и в помощи, и когда требовалось его непосредственное вмешательство для решения тех или иных споров и раздоров между семейно-родовыми кланами, родоплеменными коленами и племенами.