– Ну что ж, передай, что мы сейчас будем.

– Есть, командир.

Когда разведчик покинул палату, Макрон быстро натянул сапоги и легонько толкнул загрустившего друга.

– Потопали, малый.

Веспасиан махнул рукой на кушетку перед низеньким столиком, где стоял его завтрак. Блюдо с хлебцами, миска с оливковым маслом и кувшин с рыбным соусом. Макрон переглянулся с Катоном и разочарованно пожал плечами. Если уж так заправляются с утра легаты, простым служивым можно и потерпеть.

– Так вот, – произнес Веспасиан, поливая темным соусом хлебец, – мне было бы очень желательно знать, насколько вы оправились от ранений? Годитесь ли для выполнения не слишком тяжелых обязанностей?

Пока легат отправлял столь незавидную еду себе в рот, Макрон еще раз посмотрел на Катона.

– Мы уже годимся на многое, командир. А что, нас хотят вернуть в легион? – спросил он с надеждой.

– Нет. По крайней мере, пока.

Веспасиан не сдержал улыбки, приятно обрадованный той пылкостью, с которой центурион рвался на передовую.

– Мне нужны двое хороших солдат для задания особого рода. Весьма важного, от которого может зависеть успех всей нашей кампании.

Катон помрачнел. Последнее важное задание, которое поручили ему и Макрону, чуть было не завершилось их гибелью. Легат безошибочно прочел его мысли.

– О, тут нет ничего схожего с прошлым делом. Ничего опасного. Или, по крайней мере, маловероятно, чтобы что-то в нем стало опасным.

Веспасиан отщипнул от хлебца еще один кусочек и начал сосредоточенно его пережевывать.

– Вам даже не придется покидать Каллеву.

Оба центуриона расслабились.

– И для чего же такого, командир, мы понадобились? – рискнул поинтересоваться Макрон.

– Вы знаете, что центурион Вераний вчера был убит?

– Да, командир, мы все видели сверху.