Старший центурион страшно вытаращил глаза.

– Клянусь, Катон, если бы не твоя проклятая рана, я бы тебя сейчас так пнул под зад, что… Ладно, – продолжил он, явно смирившись с тем, чего не изменишь. – Пойдем хоть взглянем, что у тебя получилось.

Катон убрал бумаги в сундук и последовал за сердитым Макроном. Они вышли на плац. Там царила суета: инструкторы хлопотали вокруг своих подопечных, закрепляя ремни, показывая, на каком боку носить меч, и отмахиваясь от попыток пожаловаться на слишком тесные или, наоборот, чересчур просторные сапоги.

Макрон выдержал паузу, дал людям закончить приготовления и, набрав в легкие воздуху, гаркнул:

– СТАНОВИСЬ!

Строиться атребаты уже научились, так что в разноцветной разметке нужды больше не было. Бойцы поспешно распределились по отделениям, привычно подравнивая ряды и устанавливая правильную дистанцию. Каждая центурия состояла из десяти отделений, а центуриями командовали подобранные Макроном легионеры. Шесть центурий составляли когорту.

– Это еще что за клоуны? – указал Макрон на фланговые группы обособленно строившихся бойцов.

– Конные разведчики, командир.

– Конные, говоришь? А тебе не кажется… э-э, что им чего-то недостает?

Ответ дал подошедший к центурионам Тинкоммий:

– Верика обещал выделить лошадей. Их завтра пригонят.

– Это другой разговор.

– А еще я рассказал ему о штандартах. Подумал, что, может быть, людям будет приятно получить их из рук самого царя. Это поднимет дух нового войска. Царь согласился принять участие в церемонии и вот-вот появится.

– Это чрезвычайно любезно с его стороны, – не без иронии произнес Макрон. – Есть на примете кандидатуры на должности знаменосцев?

– Одно имя приходит на ум, – ответил Катон. – Бедриак.

– Бедриак? – недоверчиво рассмеялся Тинкоммий.

– А почему бы и нет? Ты сам говорил: он силен и упорен.

– Да, но…

– Такому штандарт носить в самый раз.

Тинкоммий подумал и кивнул в знак согласия.