Все абазины, или абсне (самоназвание этого народа – абсне); на русском, татарском и черкесском языках – абаза, по-грузински – абхазети. Шесть племен Алти-кесек называются черкесами Табанта, а все другие – куш-хасип, то есть люди, живущие за горами. Мингрелия и Одиши называются черкесами и абазинами Дол, а Грузия – Гурджир; они выделяются своим национальным характером. У них узкие лица, сплющенные с боков головы, выдающиеся носы и характерные темно-коричневые волосы, общие почти для всех. Они являются, по-видимому, коренными жителями Северо-Западного Кавказа, и прежде занимали пространную область, из которой были вытеснены и прижаты к горам черкесами, которые продолжительными разбоями и истреблениями уменьшили их численность в значительной степени. Из словаря всех языков становится очевидным, что их язык, за исключением нескольких черкесских слов, не имеет аналогий ни с одним из европейских и азиатских языков; более того, совершенно точно, что в стране за горами, населенной другими абазинскими племенами из Большой Абазы, вдоль побережья Черного моря до Искурии, или древней Диоскурии, этот оригинальный язык с несколькими его диалектами является превалирующим языком. Даже в отдаленные времена они были, по-видимому, хищническим народом, и очень возможно, что пиратство, на которое жалуется Страбон, как происходящее из этих мест, было совершаемое именно абазинами.

III. Воинственный народ черкесов обитает, главным образом, на вершинах Кавказа и распространяется до ближайшей прекрасной равнины, из которой они изгнали древних ее обитателей и подчинили большую их часть своему господству. Они представляют собой род рыцарей, соблюдающих между собой настоящую феодальную систему, так же как и в отношении своих подданных, не отличающуюся от их прежней системы, но с большей жестокостью и беспощадностью, чем немецкие рыцари в Ливонии или Пруссии. Рассматривая данный предмет с этой точки зрения и допуская, что нацию составляют только их князья и дворяне, а их подданные являются рабами из других народов, покоренных войной, которые, приняв язык завоевателей, были угнетаемы с некоторой мягкостью, и что свободная и величавая раса рыцарей не будет терпеть иностранное ярмо без величайшего отвращения, мы будем в состоянии судить с большим беспристрастием об их аристократической конституции, так же как об их непрекращавшихся войнах и восстаниях не только против прежних крымских ханов, но и против нынешних господ. Благоприятным обстоятельством является и то, что их междоусобицы и разделение могущества этого героического народа между множеством соперничающих алчных князей, сделало их менее опасными. Действительно, было бы желательно, чтобы они обратились в добрых подданных и несколько более приученных к нормальной жизни, без обуздания их бравого героического духа. Если такие меры будут приняты, мы уверяем, что их легкая кавалерия могла бы составить наиболее решительный и устрашающий корпус войск, который когда-либо появлялся на полях сражений.