— А как же Элизабет?

Вопрос не совпадал с мыслями, но Богданов был рад, что спросил о том, о чём должен был спросить в начале разговора.

— На тот момент Элизабет была слишком мала, чтобы решать столь серьёзные вопросы.

— Да. Но завещание было оглашено в день восемнадцатилетия.

— Было. Что привело к возникновению целого ряда проблем, одной из которых стали юристы. Те долго не могли прийти к единому мнению, имеет ли Элизабет право считать себя Лизой Соловой.

— И каков был вердикт?

— Три месяц сроку, чтобы девушка смогла стать Елизаветой.

— Для столь всемогущих господ, как вы и как Лемье, смена фамилии — чистой воды формальность.

— Верно, формальность. Вопрос был решён в течение двух недель. Элизабет следовало прибыть в Москву, чтобы написать заявление. Об остальном я договорился заранее.

— Узнаю настоящего Гришина, — усмехнулся Илья. — Росчерк пера, и ты не француженка, а русская. Простому человеку для того, чтобы поменять имя или фамилию, надо преодолеть всего столько всего, что не хватит ни сил, ни денег. А тут раз, и ты наследница старинного русского рода.

— Если бы, — цокнул языком Гришин. — Во время изучения завещания всплыла проблема, на решение которой ушла не неделя и даже не месяц. Прадед Элизабет заковал завещание в шифр.

— Я в курсе, — глянув на Ольгу, произнёс Богданов. — Я даже знаю, каким образом удалось преодолеть этот барьер. Элизабет смогла дойти до разгадки, прочитав завещание в зеркальном отражении.

Развернувшись лицом к Ленковской, полковник одарил ту полным удивления взглядом.

— Какая Элизабет? Та, что находится в Париже, или та, что прячет от вас глаза?

— Не понял, — насторожился Илья.

— Вижу, что не понял, — сощурив взгляд, Гришин придал лицу ещё больше строгости. — Код расшифровала не Элизабет, а Ольга Ленковская.

— Ленковская прочла завещание?

— Именно. Ольга и Элизабет- подруги с детства. Жили в одном доме, Соколовы на четвёртом этаже, Ленковские — на шестом. Одного года рождения, Лиза — апрельская, Ольга — июньская. В один детский садик ходили. В одной школе учились, пять лет сидели за одной партой. Позже, когда Лиза переехала во Францию, Ольга не раз ездила к подруге в гости. Лемье звонил, просил помочь с оформлением документов на выезд Ленковской за границу, что я и делал с превеликим удовольствием.

Время шло, девочки превратились в девушек. Настал черёд обмена секретами, и полетели в оба конца письма, которые прежде, чем достичь адресата, попадали ко мне на стол. Так Ольга узнала о завещании прадеда Лизы. Я же узнал о том, что француженка намерена заняться поискам реликвий старинного рода.