Голени доктора уперлись в стойки кровати Коробова, дальше отступать было некуда.

– Да или нет? – повторил Нестеров.

– Да. Да, пошли вы к черту! – негромко произнес Моляка, готовясь к чему-то более серьезному.

– Нет? Не станешь помогать? – переспросил Нестеров.

– Нет, – с некоторым вызовом бросил ему в лицо доктор.

– Хорошо, – Нестеров вдруг дружелюбно улыбнулся Моляке и сделал вид, что отворачивается от него.

На лице доктора появилось выражение недоумения, но торжествовать было рано. Нестеров левой рукой, на которой не было перстня, зажал нос. Моляка совсем перестал понимать, что происходит. Но тут директор музея взмахнул перед его лицом своей правой рукой. Из приоткрытой крышки перстня вылетела какая-то белая взвесь. На секунду она замерла в воздухе и доктор с закатившимися глазами опал на краешек кровати Коробова.

– Закрой дверь! – скомандовал Нестеров лейтенанту Андросову и, взяв Моляку за шиворот, потащил его к стулу возле стены.

В это же время к зданию управления КГБ в Златоусте подъехал армейский грузовик, тщательно заляпанный грязью. Из кабины буквально выпрыгнули Листровский с Шакулиным и помчались к входу в заведение.

– Бегом, переодевайтесь! – обратился капитан к Шакулину. – Я пока найду подмогу, пара оперативников нам может пригодиться.

Лейтенант помчался в их кабинет, а Листровский подошел к дежурному, ему нужен был полковник Верещагин, тот, что сидел во главе комиссии при допросе о нападении существа на их спецотряд и который сейчас был поставлен курировать все расследование.

Дежурный, младший лейтенант, поднялся и отдал честь капитану. Тот жестом показал ему вернуться обратно на место.

– Полковник Верещагин у себя? – осведомился он.

– Он позади вас, товарищ капитан.

Листровский развернулся, позади него и вправду стоял Верещагин.

– Ну? Уже три дня прошло. Насколько я знаю, никаких активных действий так предпринято и не было. – Полковник был явно недоволен. – Пройдемся, Листровский? – он показал в сторону улицы.

Капитан побарабанил пальцами по кабинке дежурного, гулять времени сейчас не было вообще, но вид Верещагина указывал на то, что надо пойти и постараться побыстрее все оговорить.

Они вышли на крыльцо и встали чуть в сторонке.

– Завтра вечером я должен отправить отчет на Лубянку, – начал Верещагин. – О чем мне там писать? Отряд Барышкова сидит на кордоне без дела уже три дня. Вы с лейтенантом где-то пропадаете.

Листровский обдумывал, что же ответить. Пересказать легенду, услышанную от лесных братьев, верный путь к досрочному отстранению от дела. Есть еще одно, ему очень нужна бумага о всемерных полномочиях, чтобы если что, нейтрализовать Коробова.