Оружие продолжало грохотать почти у самого уха лейтенанта. Он всем телом ощущал, как дергается Уутьема, которому раз за разом всаживали пули прямо в голову с близкого расстояния. Каждый выстрел вызывал рев монстра, но он тут же прерывался следующим свинцовым снарядом, засылаемым точно в цель. Морда твари тыкалась от отдачи в лицо лейтенанта, грозя случайно раскроить острейшими зубами кожу Шакулина. Наконец, все семь пуль оказались в башке оборотня. Хладнокровно стрелявший по зверю Моляка, одним движением освободил пистолет от пустого магазина, и отскочил в сторону, так как стащил под елью у Шакулина лишь само оружие, запасных патронов не было.

Обезумевший от такого сотрясения своего мозга Уутьема, как глубоко опьяневший на свадьбе, оторвался от Шакулина и, громко сопя, повалился на спину. Находившийся в шоке лейтенант, едва подняв голову, уставился выпученными глазами на оборотня, продолжавшего сопеть и совершать какие-то нелепые движения лапами и туловищем. Лейтенант не пытался сдвинуться с места, даже простейшие инстинкты сейчас не срабатывали, разум был вырублен. Но Уутьема, кажется, немного оправившись, начал медленно подниматься.

Видя это, и не понимая, что же делать дальше, Моляка, отойдя на край поляны, все так же ярко подсвечиваемой костром, истошно заорал Шакулину:

– Лейтенант, стреляйте, чего вы ждете! У вас же оружие! Стреляйте!

Но Шакулин точно был в шоковом состоянии. И при виде того, что тварь снова встает на ноги, он только беспомощно смотрел на оборотня снизу вверх. Наверное, в этот момент он даже не осознавал, что в его правой руке находится вполне исправная винтовка.

Уутьема, разъяренно оскалившись, с большим трудом поднялся в привычную стойку. По его морде стекали ручьи белой крови. Желеобразная субстанция даже вроде шипела, оставляя на своем пути выжженные борозды в короткой шерсти монстра. Неподвижные глаза зверя, лишенные век, ненавидяще уставились на лежавшего прямо перед ним Шакулина. Уутьема сделал шаг в направлении лейтенанта, намереваясь вторым действием как следует приложиться когтистой лапой к лицу кгбэшника.

Моляка, озираясь по сторонам в поисках другого оружия, отходил к деревьям. Подскакивать к Шакулину было некогда. Прогноз на развитие событий в следующие несколько секунд считался очевидным: монстр добирается до лейтенанта, а потом попытается достать и доктора, который не имел при себе ничего, кроме возможности подобрать палку поувесистей. Поэтому Моляка потихоньку ретировался обратно в чащу леса, не особо помня, как он тут оказался. Уутьема уже встал над Шакулиным, занося лапу, когда Моляка, пятясь спиной, наткнулся на что-то твердое и бегущее.