– С дороги! – проорал на него летящий на всех парах Листровский, уже на ходу начиная палить из автомата в оборотня.

С другой стороны от Моляки вынырнул из-за ствола березы Барышков и тоже уверенно нажал на курок. Автоматные очереди отбросили Уутьема от Шакулина, в лицо которому полетели брызги желеобразной крови. Запинаясь, трехметровая тварь, опять взревев, сделала несколько неверных движений назад, рискуя опрокинуться навзничь. Листровский с Барышковым подскочили к монстру на расстояние не больше пяти метров и начали расстреливать того прямой наводкой. Туловище и голова Уутьема покрылись десятками дырок, с вытекающей из них белой жидкостью. Он все-таки повалился на спину. В этот момент по очереди кончаются патроны у Листровского, а потом у Барышкова. Оба быстро лезут в карманы за новыми рожками для автоматов. Но их опережают двигавшиеся в хвосте снайперы. Влад и его товарищ подскакивают в упор к опрокинутому зверю и начинают стрелять ему из винтовок прямо в лоб.

– На тебе контрольный! – выкрикивает Влад, досылая последнюю пулю в уже разросшуюся дыру в голове монстра.

Перезарядившие свое оружие Листровский с Барышковым пальбу не возобновляют, видя, что Уутьема теперь уж точно отдает концы. Воздух вдруг наполняется странным жженым запахом, появляется шипящий звук, который приобретает все большую громкость.

– Мать твою, да он растворяется! – воскликнул Барышков, морщась при виде того, как белая кровь твари начинает буквально выедать шерсть и кожу, проваливаясь во внутрь гада, и с быстротой самой энергичной химической реакции поглощая там всю плоть.

– Все в сторону! – командует Листровский.

Они вчетвером отдаляются от конвульсирующего саморазлагающегося тела монстра, продолжая не без отвращения наблюдать, как желеобразная субстанция в мгновение ока превращает все члены могучего Повелителя леса в небольшие горки сероватого пепла. Немного пришедший в себя Шакулин, позади этой четверки начинает судорожно стирать с себя попавшую с Уутьема белую кровь, опасаясь, что та сейчас проест в нем кучу мелких отверстий. Но жидкость никак не проявляет своих свойств, просто элегантно размазываясь по лицу и камуфляжу лейтенанта в длинные смачные полосы и разводы.

Через минуту все тело оборотня превратилось в неровную кучу праха. Некоторые мельчайшие частички серого оттенка подлетели в воздух и взмыли в звездное небо, проносясь над красными языками осветительного костра и построенной Глазьевым волчьей ямой, которая так и не выполнила возложенной на нее миссии. Все как завороженные, не совсем отойдя от финальной сцены и вообще их нового представления об окружающем мире, глубоко дыша от сумасшедшей гонки по темному лесу, смотрели вслед разлетающимся соринкам, еще минуту назад принадлежавшим самому опасному и необычному зверю, которого можно встретить на этой планете.