– Я знаю, мой котенок. Но мама не может объяснить. Однажды, возможно, когда ты станешь старше, ты узнаешь, что произошло.

Ответом ей были поджатые губы и мрачный взгляд, внезапно ставший недоверчивым и полным тревоги.

– Я все еще могу пойти в армию? Ты обещала мне. В день моего рождения, когда мне исполнилось пять, ты села на кровать и поклялась.

– Я не отказываюсь. Я никогда не нарушаю данное мною обещание.

Тюрьма, дыба, позорный столб – ради Джорджа, ради исполнения его заветных желаний она вытерпит все на свете.

А пока к делу: надо получить причитающееся от Уордла, Додда и Компании. Она пригласила их на обед. Оба джентльмена, проявив великолепную способность ускользать от всех вопросов, пробыли час и быстро сбежали. От повторного настоятельного приглашения они уклонились. Она дала им три недели на размышления, а потом написала полковнику Уордлу письмо, которое было отправлено четырнадцатого мая.

Дорогой сэр, я послала за Вами и майором Доддом для того, чтобы выяснить, каковы Ваши намерения выполнить данные Вами обещания. У меня возникло впечатление, будто Вы отказываетесь признать, что данные мне обещания не были ограничены какими-либо условиями. Так вот: никакие условия оговорены не были. Единственным объяснением этому может быть тот факт, что Вы, чувствуя себя глубоко обязанным мне, решили вместе с майором Доддом избавиться от этой тяжелой ноши, ограничившись уклончивыми и ничем не подкрепленными авансами на будущее. Я еще раз требую выполнения данных Вами обещаний, которые, если Вы оба считаете себя честными людьми, Вы обязаны выполнить. Я не требую ничего, кроме того, что было оговорено: не менее пятисот фунтов в год. В связи с тем, что мои дети, в частности мои дочери, так же как и я, стали жертвами проводившегося расследования, пятисот фунтов ежегодного пособия будет для них недостаточно. Поэтому я считаю, нужно десять тысяч фунтов ради того, чтобы покончить с этим делом, – даже менее половины обещанного вами. Я надеюсь, что Вы решите этот вопрос совместно с майором Доддом, точно так же, как Вы давали совместные обещания, и выплатите десять тысяч фунтов в течение двух лет; начиная с марта Вы начнете платить мне ежегодное пособие в размере пятисот фунтов, а также погасите свой долг Райту. Все это – лишь малая часть данных мне обещаний! Как Вам известно, мой сын находился под покровительством герцога Йоркского. И так как я приложила руку к отставке герцога, мой сын, естественно, лишился его покровительства. Вы дали мне слово, что ему будет обеспечена равноценная поддержка со стороны герцога Кентского. Мне пришлось забрать сына из школы, и я отвечаю за его судьбу. Следующее Ваше обещание касалось капитана Томпсона: или выплатить ему пособие, или, в том случае, если герцог Кентский займет пост главнокомандующего, восстановить его на прежней должности. Однако дело стоит на месте! Следующее обязательство: платить мне обещанное герцогом Йоркским ежегодное пособие в размере четырехсот фунтов, а также выплатить мне задолженность герцога Йоркского; погасить все мои долги, в том числе и те, которые я сделала за время совместной жизни с герцогом Йоркским. Вы обещали выплатить долг господину Комри, моему поверенному, в размере тысячи двухсот фунтов, в погашение которого он удержал мои драгоценности; заплатить оставшуюся сумму за мой дом и мебель. А теперь позвольте спросить: неужели десять тысяч фунтов равноценны тому, что Вы, торжественно дав слово приложить все усилия, обещали? Мне осталось добавить лишь одно: даже если бы Вы вынули эту небольшую сумму из собственного кармана, она не может идти ни в какое сравнение с тем, сколько Вы должны мне, принимая во внимание то, какое положение Вы стали занимать благодаря мне. У вас есть две недели. После этого срока можете не рассчитывать на мое умение держать все в тайне. Я буду считать себя свободной предпринимать любые шаги и использовать по своему усмотрению копию этого письма. Искренне Ваша, Мэри-Энн Кларк.