Она молчала и старательно отводила взгляд, а я продолжал говорить, подтверждая свои догадки:

– Значит, когда нашли тело Шерри Норт, решено было скрыть ее имя и взять коттедж Нортов под наблюдение. В надежде, что убийцы вернутся, чтобы познакомиться с новоприбывшим, – или какой-нибудь простофиля угодит в капкан и выведет полицию на результат. На это задание назначили тебя, ведь ты полицейский ныряльщик. Правильно?

Все еще не глядя на меня, она кивнула.

– Вот только забыли записать тебя на курсы по конхиологии – тогда ты не схватила бы тот жгучий коралл. И не добавила бы мне проблем.

Она уже оправилась от первого шока. Настало время свистнуть дядю Дэна с его парнями – если она собиралась так поступить. Но она молчала, стояла вполоборота ко мне, и щеки ее наливались алой кровью под темно-золотистым загаром.

– В первую ночь ты подумала, что я сплю, и позвонила начальнику. Рассказала, что некий простофиля уже на месте. Тебе велели подыграть, милая, – и ты прекрасно справилась.

Наконец она взглянула на меня. В синих глазах горел вызов, за сомкнутыми губами клокотали слова, но она сдержалась, и я продолжил:

– Вот почему мы вошли в магазин Джимми через черный ход: чтобы нас не заметили соседи, знавшие Шерри. Вот почему двое головорезов Мэнни жарили твои пальчики на газовой плите. Хотели выяснить, кто ты, – ведь для них ты была кто угодно, только не Шерри Норт, ее уже прикончили.

Мне хотелось, чтобы она хоть что-то сказала. Ее молчание действовало мне на нервы.

– В каком чине твой дядя Дэн? Инспектор?

– Старший инспектор, – поправила меня она.

– Я с первого взгляда понял, кто он такой.

– Если ты все знал, зачем ввязался в эту авантюру? – спросила она.

– Поначалу только подозревал. А к тому моменту, как узнал наверняка, уже одурел от любви.

Она вздрогнула, словно от пощечины, а я безжалостно продолжил:

– По некоторым признакам я понял, что ты неплохо ко мне относишься. А я привык верить, что, если любишь человека, не станешь подводить его под монастырь.

– Я сотрудник полиции, – вспыхнула она, – а ты убийца!

– Я не убивал никого, кто не пытался бы первым убить меня, – вспыхнул я в ответ. – Ты же пристрелила Сулеймана Даду.

Это выбило ее из равновесия. Она запнулась и стала озираться, словно угодила в ловушку, но тут же бросилась в новую атаку:

– Ты вор!