У барона сверкнул нож в руках, выхваченный им из-за пазухи, и подвал огласился отчаянным криком Корецкого.

Барон был сильнее его, гораздо сильнее и знал наверное, что справится с ним. Он и не с такими справлялся! Помощи же Корецкому ждать было неоткуда!

Но тут случилось нечто совершенно неожиданное ни бароном, ни Корецким. Неизвестно откуда выскочили, словно из-под земли выросли, двое людей, бросились на барона и высвободили из-под него Корецкого.

Барон вскочил на ноги, рванулся и бросился к двери.

Эти двое были Ёрш и Пыж, явившиеся на выручку Корецкого, хотя и не совсем вовремя.

Корецкий лежал на земле, рубашка у него была окровавлена, барон успел нанести ему рану ножом.

Ёрш и Пыж не преследовали бежавшего барона, у них было дело гораздо более серьёзное — возле раненого Корецкого.

В только что происшедшей свалке бородка у Ерша оказалась сорванной с левой щеки. Явно было, что она у него не своя, а поддельная, но Корецкий не мог это заметить: он недвижным пластом лежал на земле с закрытыми глазами.

Ёрш, не обращая уже внимания на свою отставшую бороду, наклонился над Корецким и осмотрел его.

Рана была в живот, большая, и из неё лила кровь. От потери крови Корецкий впал в беспамятство.

— Эк он хватил! — сказал Ёрш.

— Надо доктора! — сказал Пыж. — Ты иди, я останусь, сделаю перевязку. У меня тут в шкафу есть чистая рубашка, её изорву для бинта…

— Не выживет, пожалуй.

— Авось!

— А ведь если умрёт, всё пропало…

— Ну, не всё. Теперь и без него довольно известно… Иди за доктором.

И Ёрш пошёл, но не в ту дверь, которая служила сообщением для обыкновенного выхода из подвала и в которую бежал барон, а в ту, которая была в боковой стене и казалась наглухо запертою.

XXXVII

XXXVII

На другой день утром барон сидел с Минной на балконе загородного домика, где она жила.