Я повторил свой вопрос по-английски…

Приказчики усмехнулись и объяснили мне, что они говорят и по-французски, и по-английски (и прескверно говорили, надо отдать им справедливость), но что они не могут взять в толк, почему для меня тайна, какое число сегодня…

— А между тем это так легко, — сострил один из них, — сегодня несомненно число, следующее за вчерашним.

Я совершенно не привык к такому обращению со мной приказчиков, но вместо того, чтобы рассердиться, я как-то глупо ухмыльнулся и не без труда пробормотал:

— Да, но я не знаю, какое было вчера число.

Это вызвало взрыв хохота.

— Тогда вспомните, что было третьего дня! — посоветовал мне другой приказчик, вероятно, такой же весёлый, как и первый.

— Третьего дня он, верно, пьян был! — решил третий.

И взрыв хохота повторился.

— Я вас спрашиваю, — произнёс я серьёзно и внушительно, — которое число сегодня, можете вы мне сказать это?

— Если ты будешь брать такой тон с нами, — возразил мне первый приказчик, очевидно, старший между остальными, — то тебя отсюда выведут!..

В это время вошёл в магазин покупатель в чистом, не таком, как было на мне, платье.

— Ну, ступай, — махнули мне.

— Да позвольте… — начал было я.

— Ступай, ступай…

Я пожал плечами и, стараясь сохранить достоинство, вышел.

— Много тут таких шляется! — пустили мне вслед.

Я направился в соседний магазин и там повёл себя умнее.

Я начал с того, что объяснил, что я здесь иностранец, русский, что со мною случилось несчастье — меня обобрали, и просил указать, где живёт русский консул.

В объяснении своём я старался держаться общих выражений, не вдаваясь ни в какие подробности.