– Принцесса? – переспросил ближайший прохожий, чем запустил это слово в толпу. Оно, как волна, за пару минут пронеслось по всему лагерю.

Талиса сняла свой капюшон и, не обращая внимания на стекающуюся со всех сторон толпу, опустилась на корточки к телу вора:

– Да упокоится твоя душа в мире и вечности, – двумя пальцами она провела по заплывшим от синяков глазам и навсегда закрыла их.

Тем временем толпа начинала гудеть. Заветное слово звучало все громче и приобретало иные формы: "Ваше Величество”, “Кайнарский отпрыск”, “Кайнарский выблюдок” и другие. Не все были рады, но все обратили свой взор на девушку.

– Нам лучше уйти, – тихо произнес Астир.

– Правильно! Вали к черту! – послышался голос из толпы.

– Как ты смеешь!? Она принцесса! – ответил второй голос.

– У принцессы должен быть Кайнар. А Кайнар мертв! – встрял третий голос.

– Правильно! Она не принцесса, она Кайнар!

– Кайнар, либо Виера, либо Тариси.

– Пусть эти мрази кровью своей захлебнуться!Костьми лягу, но не позволю им править!

– Значит, нужно вновь кланяться вот этой швали? – вернулся в беседу первый голос.

– А, по-твоему, сине-красные лучше? Тогда ложись вон рядом с этим мужиком и перережь себе глотку. Это все, что они нам уготовили, вместе с этим ублюдком Алитересой.

– Может, я тебе ее перережу! – в толпе начались толкотня и давка. Послышались крики.

– Какая еще к черту принцесса? Что вы, мать вашу, несете! – этот голос сзади казался знакомым. Несмотря на хриплость, он был громким и волевым, так что заставил толпу притихнуть. – Вам лишь бы морды друг другу побить, а повод и выдумать не грех! – тетя Мэш шла, опираясь на трость и хромая на левую ногу. – Ну-ка покажите мне ее. Ох ты ж блять! – взгляд старушки наконец встретился с лицом Талисы.

– Ну так что!? Она это? Твой ведь сынок ее обслуживал!

– Не смей упоминать моего сына! Помойная ты срань, или я мигом тебе все зубы прочищу своей клюкой! Это – Талиса ас Эльтур. Лично!

Талиса и Астир сделали шаг в сторону старой знакомой, но та еле заметным движением руки приказала им не приближаться.

– Наверняка дочка вся в своего урода отца!

– Ха! Если бы все дети были в своих родителей. Вот ты бы, Унор, имел бы больше двух извилин в башке, но нет! А мой сын был бы здесь. Но ни черта он на меня не похож. Погиб, сражаясь за Кайнара! Я бы, увидев вражеские крейсеры, сбежала бы! Умчалась на край света и ни секунды не пожалела об этом. Но он на меня не похож. Помчался к этому проклятому Тримвару и не вернулся! Даже не знаю, что с ним случилось, – тяжелый вздох и трясущиеся ноги не помешали ей продолжить свою речь без запинки. – И за его смерть я ненавижу не эту девчонку, а всех этих сукиных детей! Этих изменников и предателей! Тех, кто сейчас превратил нас в свиней, в варваров! Нам плевать на грязь, дерьмо и даже трупы, валяющиеся на дороге. А вы тут рассуждаете об отцах и детях! Тьфу!