Нет! Не может того быть! Она бы почувствовала его воздействие. Он лишь ещё один игрок и влияет опосредованно, и не более того

Миранда прислушалась к себе и вдруг до боли ясно осознала – она не хочет осмысливать эту игру и не хочет в неё включаться. Она боится. Боится сравнений, боится отпустить из самого потайного уголочка души образ Вальда, боится не остаться верной ему именно душой, проявив в этой жизни искренний интерес хоть к чему-то. Ведь даже секс с герцогом она воспринимала как физиологию, приносящую облегчение и разрядку, подобно вину, пыталась расплатиться за него заботой, и не более. Она не подпускала герцога к душе, но в то же время старалась не использовать как фигуру в своей игре, и это была её плата. И ещё… Начать свою игру было равносильно предательству Вальда. Подсознательно ей хотелось доказать, что жизнь без него не имеет для неё смысла. Она может помочь, например, Альфреду или расплатиться с герцогом за его неплохое к ней отношение. Но вкус жизни, душевное удовольствие от игры она получать без Вальда не вправе… Изменить ему духовно, оторваться от него, радоваться без него жизни это для неё невозможно.

– А ведь, похоже, Альфред, был прав… – тихо пробормотала она, шокированная своими мыслями.

Нервно передёрнула плечами, встала и, накинув халат, прошлась босиком по спальне. Мысли будоражили, хотелось их как-то выплеснуть.

Схватившись за голову, она рухнула на колени и едва слышно слёзно взмолилась:

– Вальд, любовь моя, если ты действительно не ушёл, поговори со мной… Просто поговори… Не хочу я тут жить без тебя… Я честно пыталась… Не могу… А ещё лучше, забери меня, мой родной… Забери к себе, ну или в небытие. Я душу готова отдать… Не нужна она мне без тебя.

Морозный, пробирающий до костей холод коснулся её спины и плеч, и до боли знакомый голос тихо произнёс прямо над ухом:

– Ты с ума сошла просить о таком?

– Не солгал… – прерывистым шёпотом выдохнула она и, склонившись к полу, зарыдала, едва слышно причитая: – Извини, извини, мой любимый. Я не хотела тебя держать… Я верила, что ты ушёл и счастлив там… Я желала тебе этого всей душой. Только если ты не ушёл, почему ты не дал мне уйти следом? Я не могу без тебя…

– Можешь, родная, можешь… Твоя истерика не более чем прощание… Ты боишься изменить, чувствуя, что наконец готова это сделать. Не бойся, моё сокровище, я для этого тебя здесь и оставил.

– Ты счастлив там? – не оборачиваясь, словно боясь потревожить иллюзию его присутствия, спросила она.

– Безусловно.

– Тогда почему окончательно не ушёл?

– Ты знаешь ответ.