Но тому, кто шел по дну вади, неспешно шел, оглядываясь по сторонам и придерживая тяжелый ФН ФАЛ – был неведом труд хлебороба.

Аариф – так звали того, кто во главе небольшого каравана шел к границе – был не просто контрабандистом. Он был убежденным марксистом и почти год проходил подготовку на той стороне границы, а потом воевал в составе Ленинского полка. Конечно, марксизм Аарифа отличался от классического примерно так же, как местный ислам отличается от того, что учат в мекканских и каирских религиозных университетах – но Аариф был готов убивать за то, во что он верил. И тем самым он отличался от девяноста девяти процентов других марксистов.

Он хорошо знал дорогу, по которой шел – потому что этой дорогой ходили его отец и дед. Но они были просто контрабандисты, они зарабатывали деньги. А Аариф делал то, что он делал, чтобы свергнуть султана и воцарилась справедливость.

Он был бос, как были босы и его спутники – здесь с детства не знают обуви, ходят по камням и подошва становится такая прочная, что можно ходить по битому стеклу. Они были одеты в широкие штаны – шаровары, чистые исподние рубахи и что-то вроде курток с капюшонами – худи, идеально подходящими под цвет местных гор. Куртки были сделаны из грубого материала, выдерживающего дождь, ветер и ветви колючих кустарников. Лица – по самые глаза – были замотаны цветастыми шарфами «куфия». Они сотканы местными мастерицами совершенно особенным образом – их, например, нельзя выжимать мокрыми, иначе ткань потеряет свои свойства. Они одновременно и защищали органы дыхания от сухости и пыли, и не давали так сильно потеть. У англизов тоже были такие – но это было не то. У англизов были обычные цветные тряпки.

Пять ослов – были тяжело нагружены. Шли медленно.

У одного из валунов – размером с небольшой грузовик – Аариф увидел человека, которого он ждал. Он был арабом – но не из Йемена и из Омана – из Сирии. Когда Аариф учился в школе – этот араб был там политическим комиссаром.

Он помахал рукой условленным жестом – и Аариф сделал то же самое. Потом они приблизились друг к другу.

– Салам.

– Салам Рафик.

– Все хорошо?

– Да, очень хорошо.

Ни один из них – еще ни разу не упомянул Аллаха, что было нетипично.

– Оставаться на месте – скомандовал Аариф своим товарищам и направился за валун.

За валуном – сидел человек. Он сидел на корточках, что для араба было дико, держа руки у лица с тем, чтобы меньше испарялось воды при дыхании. Он не был похож на советского. Аареф знал, как выглядят советские, потому что те вели занятия в Ленинской школе. Этот – был низенький, с узкими глазами и потемневшей от загара кожей. Скорее он был похож на китайца – Аареф знал и то, как выглядят китайцы, потому что маоисты были активны по обе стороны баб-эль-мандебского пролива.