Рядом с ним стояла винтовка. На вкус Аарефа – уродливая, чем-то похожая на ту, которая была у него в руках и на автомат Калашникова одновременно. Горцы – в качестве охотничьих и снайперских использовали обычно Ли-Энфильды, которые англичане выдавали просто так жителям лояльных племен по количеству взрослых мужчин. А эта винтовка, судя по магазину, была полуавтоматической. Редкость для снайперских винтовок.

– Салам.

– Салам, рафик.

– Кто ты? – недоверчиво спросил Аариф

– Я посланник. Пришло время продолжить борьбу.

Чтобы обозначить себя – человек употребил слово «расуль» святое для любого правоверного мусульманина. Мухаммад расуль Аллах – часть шахады, символа веры.

– Борьбу? Мы вели борьбу много лет.

– А ты думал, что справедливость дастся тебе легко? Пророк Мухаммед вел борьбу всю свою жизнь.

– Что ты знаешь о Пророке? – недоверчиво спросил Аареф – ты безбожник, кяфир.

– Ла илляха илла ллаху Мухммад расуль Аллах – сказал незнакомец с узкими глазами – поверь, моя вера искренняя.

– Если так, то как ты можешь быть коммунистом?

– Вера в Аллаха и вера в справедливость одно и то же. Разве Аллах не хотел справедливости для всех верующих, и разве Пророк Мухаммад не воевал за справедливость?

– Пророк Мухаммад воевал за ислам.

– Да, но ислам есть справедливость. Я понял это слишком поздно.

– Кто ты?

– Я из далекой страны, которая называется Афгани, Афганистан. Сначала я сражался с русскими ради Аллаха. Потом я понял, что то, что у русских называется коммунизм – у нас называется Шариат Аллаха. Надо установить справедливость. Вот этим…

Аареф взял винтовку, передернул затвор – как на АК, с которым он был хорошо знаком. Винтовка обозвалась глухим лязгом.

– Установить справедливость…

Где-то вдалеке – хлестко щелкнуло, будто разорвался до предела напряженный канат – и Аареф упал на землю как мешок, обливаясь кровью.

– Стреляют!