40. Запись беседы члена парламента Великобритании У. Черчилля с руководителем фашистской организации в Данциге А. Форстером

14 июля 1938 г.

После обычного вступления я заметил, что рад тому, что в Данциге не введены антисемитские законы. Г-н Форстер сказал, что еврейский вопрос в Данциге не стоит остро, однако он старался разузнать, явится ли этот вид законодательства в Германии препятствием для достижения взаимопонимания с Англией. Я ответил, что это – вредное подстрекательство, но, поскольку понятны его причины, это, вероятно, не будет абсолютным препятствием для делового соглашения. Он, по-видимому, придавал большое значение этому пункту и несколько раз возвращался к нему в дальнейшем ходе беседы.

Г-н Форстер спросил меня, бывал ли я когда-нибудь в его краю, и предложил мне побывать там. Я ответил, что если я поеду в Польшу, то я заверну в Данциг. Затем он стал настаивать на том, чтобы я поехал в Польшу через Германию, чтобы встретиться с Гитлером. Я ответил, что едва ли может быть польза от разговора между всемогущим диктатором и частным лицом, и спросил, не явятся ли август и сентябрь нездоровыми месяцами для посещения Германии. Он ответил, что в Германии никто не думает о войне, что перед ними стоят колоссальные социальные и культурные задачи, которые потребуют многих и многих лет для своего осуществления, что партийный съезд состоится в сентябре и что не может быть речи ни о каких инцидентах или серьезных осложнениях в это время. Когда мы еще раз вернулись к этому пункту, г-н Ное, переводчик Форстера, сказал, что ситуация сходна с 1914 г., когда никто в Германии не думал о войне, а в Англии вое боялись войны. На это я ответил, что, к несчастью, мы оказались правы.

Г-н Форстер спросил, какие же причины имеются для войны, в ответ на что я указал на положение Чехословакии. Здесь должно быть найдено какое-то решение, и я сказал ему, что по впечатлению, вынесенному мною в результате бесед с Генлейном и Масариком, это, пожалуй, окажется возможным даже в рамках чехословацкого государства. Я заверил его, что Англия и Франция приложат все усилия, чтобы уговорить пражское правительство дать свое согласие, однако он заметил на это, что влияние Москвы побудило чехословацкое правительство в последнее время вновь занять более непримиримую и беззастенчивую позицию. Форстер спросил, что произойдет, если чехи откажутся последовать советам Англии и Франции? На это я ответил: я уверен в том, что они это сделают. Он заявил несколько колко, что надеется, что это скоро произойдет.