Все эти шубы, опашни, ферязи, кафтаны, бородищи, кики, повойники, сороки, кокошники...

И антураж тоже в тему...

Сводчатые, потемневшие от времени потолки, вдобавок расписанные библейскими странноватыми сюжетами, резные столбы, шандалы с оплывшими свечами...

Я машинально осенил себя широким крестным знамением.

— Господи помилуй...

— Ты чевой-то это, Димитрий? — на меня недоуменно зыркнул сидевший рядом молодой парень в расшитом по вороту кафтане с высоким воротником. — Никак мед в голову ударил?

Мне он сразу не понравился: в глазах сумасшедшие проблески, надменная морда, губы истерично кривятся.

Но ответить я ему не успел, опять грянул ор.

— Горько!

Перевел внимание и обнаружил во главе застолья, сидящих за отдельным столом, на резных креслах с высокими спинками, еще более странную парочку.

Молодой парень в сплошь покрытых вышивкой одеждах и собольей шапке и еще более юную девицу, совсем девочку, тоже в явно парадном облачении.

Парень чему-то недовольно кривился, а его соседка, с бледным как мел, перепуганным личиком, вообще смахивала на мумию.

Рядом с ними расположилась дородная, важная женщина в рогатой кике и с густо напудренным властным лицом.

А уже за ними рынды с топориками и длинных светлых кафтанах с высокими воротниками, но не одинаковых, не форменных, словно собранных с миру по нитке.

«Свадьба, что ле? — суматошно подумал я. — Но какого хрена? И когда меня к реконструкторам занесло...»

Ответа не нашлось, и я все-таки отпил из чаши.

Ее содержимое, тягучее и сладковатое, слегка шипучее питье с медовым вкусом понравилось, но опять же, аналогов вкуса в памяти не нашлось.

— Закуси, князь батюшка... — детина, стоявший за моей спиной, склонился к столу, с треском разорвал печеного гуся напополам и брякнул кусман мне на тарелку.

Закусить тоже не успел.

Неожиданно перед глазами проявилась книжная полка с выставленными в рядок томами с цветастыми переплетами, на которых хорошо читались имя автора и название книг.