Новая центурия всадников выехала из ворот главного лагеря, каждый с копьем в правой руке и с пращой и мешком со свинцовыми шарами у левого колена. Офицеры отдавали какие-то приказы, всадники заставляли плясать лошадей, а потом вся центурия пустилась в галоп, сближаясь с застывшими легионами. Все всадники метнули копья, а потом одновременно развернулись и помчались назад, продолжая следить за полетом копий. Другие всадники тем временем в густой пыли скакали вдоль фронта. Конечно же, одни не заметили других.

Столкновение вышло ужасным. Никто никого не видел. Многие пары всадников оказались одновременно в одном месте. Лошади падали, сшибаясь на огромной скорости. Люди разлетались в разные стороны, ударялись о землю, катились по ней. Некоторые ошалело поднимались, другие оставались лежать.

Легионеры увидели, что тридцать или сорок человек не могут подняться, став жертвами собственной самоуверенности. И тут, на второй день оскорблений, копий и свинцовых шаров, терпение их лопнуло. Центурионы и оптии заметили опасность и прокричали приказы, но передние ряды уже двигались, вытаскивая мечи, с каждым шагом приближаясь к раненым всадникам. На их лицах читалась жажда убийства. Никто и ничто не могло их удержать, и они побежали вниз по склону. Невидимую черту, на которой две армии стояли два дня, пересекли тысячи людей, целая орда озверевших от радости солдат, орущих во всю глотку.

Те, что находились позади, отреагировали, вскочив на ноги и помчавшись следом, а офицеры уже не знали, что и делать. Прозвучал сигнал атаки? Они не слышали ни горнов, ни приказа. Более осторожные требовали от своих подчиненных остановиться, другие подумали, что не расслышали сигнал, и погнали их вперед. Большинство радовались, что наконец тронулись с места. Долгие недели они ждали начала сражения, и вот этот час настал!

Ревущей людской лавиной правое крыло легионов Брута покатилось со склона. На первой сотне шагов пешие солдаты раздавили кавалерию и продолжили движение. Впереди они видели легионы Цезаря, охваченные паникой.

Офицеры, стоявшие выше по склону, теряли драгоценные минуты, пытаясь остановить атаку. Их приказы спускались вниз по командной вертикали. К тому времени первые два легиона увидели, что враг не готов к бою и не ожидает нападения. Легаты отменили приказ об остановке, потому что ситуация позволяла нанести противнику серьезный урон. Они не могли упустить такую возможность и взяли инициативу на себя, зная, что тем, кто находился позади, не хватало информации, чтобы правильно сориентироваться. Офицеры повели своих людей в атаку, пока легионы Цезаря пытались выстроиться в боевом порядке и в стане врага царил хаос.