Он выкупил часть лекарств, начал интриговать против Лю, однако этого было мало. Лю естественно не говорил, где купил пилюли против чумы, хотя их продавал за безумные деньги. Не говорил и про мыла, про духи и лекарства. А не зная поставщика, бороться с Лю бесполезно. Тогда Цзинсун подкупил одного из людей конкурента, и тот всё ему сдал. Всё. Подчистую. И то, что он узнал, ему не понравилось.

Получается какой-то дикий урус сам делает лекарства?! Хм. Тогда, даже если Цзинсун займёт место Лю, это мало что изменит. Уж ему ли не знать, что деньги целители делают не на травках или корешках, нет. Их любой торговец может довести из Юань. Главный доход составляют личные секреты врача, уникальные знания пропорций и ингредиентов, известные только одному человеку. И тогда Цзинсун начал действовать. Первым делом наведался к Алтан, старшей жене дерюги Октая…

* * *

Весть о смерти Калиты пришла в Новгород утром, а уже к вечеру город напоминал бурлящий котёл. Конфигурация сил, сложившихся в последние два десятка лет, рассыпалась словно карточный домик. Одни бояре бежали из города, а другие, бывшие в опале, наоборот брали силу. Усугубил ситуацию уход войска посаженнного князя Александра Глебовича . По слухам, тот отправился давить мятеж корелов где-то на восточном берегу Ладоги. Ко всему весть о взятии Смоленска Товлубием круто ослабила позиции Литвы.

На Ярославом дворище с раннего утра начали собираться выборщики от всех концов великого города.

Бум! Бум! Бум! Тяжелый звук вечевого колокола ухо горожанина хорошо отличало от звона церковных. Обычно вече собирал посадник или тысяцкий, изредка князь. Впрочем, иногда, особенно во время борьбы партий, вече созывали и частные лица, стихийно. Но на деле частные лица не совсем частные. За ним обычно стояли кошельки золотых поясов.

Колыван, спровадив внука Гедимина, не успокоился и подрывную деятельность продолжил с утроенной силой. Лев умер, и он хотел оторвать от его наследства самый жирный кусок. Труда в этом не было вовсе. За время своего владычества Калиты бесконечными штрафами, поборами и лжой он обидел всех без исключения горожан. Анти-московские настроения в Новгороде и без того зашкаливали. Шутка ли, Калита за время своего правления выкачал из Новгорода сорок пять тысяч рублей выхода! Трижды черный бор объявлял. Ко всему гостей своих продвигал, затирая новгородские торговые и ремесленные гильдии. Многие промосковские бояре, поняв куда ветер дует, умотали ещё утром, а зазевавшихся молотили от души, отводя на них скопившуюся злость. Участь несчастных была незавидна. Многих, раздев до исподнего, тащили к Волхову и спускали под лёд.