Во главе шанхайской таможни находились такие японофилы, как Sir Robert Bredon, переведенный затем в Пекин ближайшим помощником Роберта Гарта… Hobson и Taylor. Все они получали постоянно ордена и награды от японского правительства и готовы были всегда смотреть сквозь пальцы на все, что делалось японцами во время войны. Можно смело сказать, что благодаря соучастию таможни японцам удалось за все время войны неустанно провозить контрабанду через Шанхай и даже перегружать ее на свои пароходы в самой гавани… без того, чтобы русским агентам удалось хоть раз задержать контрабанду…

А мы, хотя и имели двух русских служащих в таможне, однако от них ничего не узнавали, ибо один из них, большой англофил, слишком боялся скомпрометироваться, а другой открыто называл себя революционером и не имел никакого отношения к местным русским властям.

В то же время японцам удалось после долгих стараний поместить двух своих служащих в шанхайскую таможню. Само собой разумеется, что японское консульство оказалось благодаря им осведомленным о всем, что делалось в таможне…

Из всего сказанного, мне кажется, явствует, как трудно было русским агентам отправлять грузы из Шанхая (в П[орт]-Артур, Владивосток или Николаевск) или вообще пароходы с разведочной или иной целью и как, с другой стороны, японцам была облегчена задача ввоза и вывоза контрабанды, покупки и продажи пароходов, наблюдение за всем коммерческим движением на Дальнем Востоке.

В Шанхае имеется 9 больших пароходных компаний местного значения. Близкое наблюдение за их деятельностью важно по следующим двум причинам: во-первых, в большинстве случаев покупка, продажа или фрахтование парохода производится через посредство одной из этих компаний; во-вторых, через пароходные общества можно получать весьма важные сообщения разведочного характера, и вот каким образом: на обязанности каждого старшего офицера коммерческого судна лежит по приходе в порт доложить одному из секретарей соответствующей компании, так называемому shipping clerk о всем хоть сколько-нибудь интересном им виденном или замеченном во время последнего рейса. Shipping clerks всех пароходных обществ ведут особый секретный журнал, куда эти наблюдения и заносятся. Прочтение параллельно за известный срок записей нескольких таких журналов дало бы, таким образом, читателю полную картину всего плавания в определенном районе, осветило бы сразу всю shipping life китайских и японских морей. Само собой разумеется, что пароходные компании, собирая эти сведения, преследуют главным образом цели коммерческие, статистические, а не столько полицейские; однако ясно, каким могущественным оружием для разведочных целей могут служить эти журналы… Правда, что сведениями, привозимыми таким образом старшими офицерами, пользуются до известной степени и газеты, платящие обыкновенно этим офицерам от 30 до 50 долларов[1302] в месяц с тем, чтобы по приходе в порт они сообщили все свои наблюдения интервьюерам, немедленно по отдаче якоря появляющимся на палубе. Однако офицеры крайне осторожны в своих сообщениях представителям печати, и сведения, таким путем добытые, бывают скудные, неточные и часто ложные[1303]. Японцы заранее предвидели важное значение пароходных обществ в войне с Россией и сумели завязать с ними близкие сношения. Они были через них осведомлены о всем, что делалось на море. В течение всей войны это было им очень нужно, но были два-три критических момента, когда осведомленность в этом направлении становилась вопросом жизни и смерти, напр[имер,] [в] момент появления эскадры Рожественского в китайских водах.