Следует заметить, что во вторую половину войны русские агенты перестали страховать пароходы и грузы, отправляемые в русские порты, от военного риска, и этим удвоили шансы на успех.

При шифровании всех телеграмм секретного содержания японцы, конечно, не могли извлечь особенно большой пользы из телеграфа, однако не следует упускать из вида, что часто крайне важно знать, кто телеграфирует кому и в какой город. Установление контроля над этим могло быть японцам весьма полезно. Так например, нам случалось отправлять своих агентов с каким-нибудь поручением в Гонконг, Сингапур, Сайгон, Чифу или Цинтау. Затем неминуемо завязывались с ним телеграфные сношения. То обстоятельство, что известный агент в Шанхае, весьма редко сносившийся с одним из этих пунктов, вдруг начинает обмениваться с ним телеграммами – уже важный фактор для бдительных японцев, первый шаг к тому, чтобы разузнать сущность дела и по возможности расстроить его… Возьмем такой пример: флот Рожественского стоит в бухте Камран, следствием этого – лихорадочный обмен телеграммами с Сайгоном. Флот ушел на север, следствием этого – внезапное почти полное прекращение сношений с Сайгоном. Таких примеров можно было бы привести бездну. Теперь рождается вопрос [:] имели ли японцы возможность следить за этим [?]

Ответ такой: телеграфная компания Great Northern Telegraph Company имеет два отделения – Via Northern и Southern Extension. Отчетность у них общая, она сливается в одном Controlers Department. В «Южном» отделении все время войны служил один японец. В «Северном» хотя и не было японцев, но были полукровки, португальцы и т.п. не менее опасные элементы. В контроле (Controlers Department), где хранятся оригиналы всех посланных и полученных телеграмм, по сегодняшний день служит японец, между прочим всегда одетый в китайский костюм.

Телефонное сообщение крайне развито в Шанхае. Это видно из того, что в городе с населением в 11 тыс. человек[1306], включая сюда японцев и португальцев, уже свыше 2 тыс. телефонов (из них не более 250 китайских). Почти у всех есть телефон, и потому можно с достоверностью сказать, что ни одно дело не делается и ни одно известие не получается без того, чтобы по этому поводу не было переговоров по телефону. Шанхай типичный business place, т.е. время всем дорого и потому телефон звонит с утра до вечера. Иметь своих агентов на центральной станции, которые следили бы за несколькими «специальными» номерами и, соединяя их, в то же время подслушивали разговор (совершенно простой прием, известный всякому специалисту) – значило бы быть au courant[1307] всех переговоров этих «номеров» между собой и с другими нужными им лицами.